Кина не будет

Худой старик с комсомольским значком на пиджаке остановился и сказал – как плюнул Асе в лицо:

– Бывают же такие говнюки. То есть, говнючки. Что ни сделай – всё им не так, всё плохо, всё брюзжат. В самом светлом грязь увидят. Лишь бы смуту поднять. Пятая колонна. Засланные казачки. Зоопарк им не нравится.

Маленькая (метр с хвостиком), худенькая Ася узнала о себе ещё массу интересного. Что такие, как она, Россию за тридцать сребреников продали. Что у детишек единственная радость – а она её отнять хочет. Что пенсионеры в помойках роются – а ей, видите ли, обезьян жалко.

– А ты пикет согласовала? – теснил её юридически покованный старик, похотливо задевая плечом Асину грудь. И стал набирать в телефоне полицию. Искоса поглядывал: испугается ли, убежит?

Ася стояла спокойно. Редактор обо всём, с кем надо, договорилась, ей нужен был острый материал на первую полосу. Она была помешана на острых материалах: «Ищите, ищите, чтобы мне нашли изюминку. Скандал, интрига, шантаж, сплетня… Будет тираж – будем на коне.

Редактора звали Вера Геннадьевна – а газету «Верочка». Последние полвека это была городская «Вечорка». Она хирела-хирела, чахла-чахла, пока её не купил за бесценок местный торгово-увеселительный король.

Газета ему, в принципе, была не нужна, дела и без рекламы шли превосходно. Но жена – филолог по образованию – скучала. В последнее время её подружки ударились в разнообразный модный бизнес, подаренный им мужьями: чем бы дитя ни тешилось… Цветочный магазин, спа-салон, бутик, лошадиный дворик… Вера Геннадьевна сразу утёрла им всем нос.

Наборщик текста торопился и ошибся в названии: вместо «ч» поставил «р» – и наоборот: получилась «Верочка». Не заметили, так и сверстали. Муж решил не менять пикантную опечатку, газету тут же и перерегистрировали. На презентации он сказал короткую речь: «Как корабль назовёшь – так и поплывёт. Верочке – «Верочку»! Всё ради тебя, милая». И шмякнул вдребезги бутылку шампанского о каменную ступень.

* * *

Асе было всё равно где работать: в «Вечорке» или в «Верочке». С работой в городе было плохо. Выпускники местного вуза уезжали в Москву либо устраивались продавцами в супермаркеты. Если повезёт: продавцами мобильных телефонов.

Вера Геннадьевна уволила (зачистила) всех старых сотрудников: чтобы «не воняло нафталином». Прежнюю газету обозвала – «преснятиной» и «манной кашей для беззубых». Набрала молодых и голодных.