Полный замес

С учетом того, что при этом я не переставала дежурно улыбаться, подозреваю, зрелище вышло то еще. Словно моя поехавшая крыша показывает, в какую сторону она сейчас будет поворачивать…

«Он что – опять? Второй раунд провокаций?» – промелькнула мысль, пока я совершала стремительный и позорный разворот к кофемашине. Оставалось лишь надеяться, что сделала я все достаточно быстро, чтобы этот гад-провокатор не увидел, как меня перемкнуло.

Выдохнула, стараясь взять гнев под контроль. Меж тем руки сами делали привычную работу.

Я повернулась к Драконищу и поставила перед ним чашку кофе. А затем, достав широкую тарелку, взяла малиновый сироп и отточенным движением нанесла сладкий рисунок. Добавила белой пудры и только после этого аккуратно лопаткой отрезала кусочек торта и положила его на тарелку, чтобы та в следующую секунду оказалась рядом с чашкой капучино.

Драконище хмыкнул, а затем произнес:

– А что касается того, зах… зачем я здесь: хотел осмотреться и составить мнение о кофейне…

Он еще не закончил фразу, а в моем мозгу уже сложился пазл: утро, въедливый покупатель и его обещание заглянуть в «Белочку». Неужели…

– Ты – Максим Васильевич? – Я не могла поверить в то, что говорила, но… Все сходилось! Но не может же быть таких совпадений. Просто не может.

«Господи, хоть бы не он…» – начала я мысленную молитву.

– Да это же Ильдар Беккер!

– Костолом? – уточнил другой.

– Да. Он! Точно он! – уверенно воскликнул первый.

Я повернулась, чтобы увидеть парней, взявших уверенный курс на меня. Точнее – на Драконище, который, кажется, такому даже не удивился. Лишь вздохнул, словно приготовившись к чему-то, и… улыбнулся. Широко и, я бы сказала, отрепетированно, что ли.

Когда двое подошли к брюнетистому гаду, то первое, что они спросили:

– Вы ведь Костолом? – При этом голос вихрастого голубоглазого блондина был полон надежды и неверия одновременно.

Словно ребенок, увидевший фею, которая сейчас исполнит три его заветных желания.

Драконище лишь кивнул. А парни просияли. И тут же попросили вместе сфотографироваться. И автограф. Для оного была взята салфетка со стола. Но не успел брюнетистый провокатор дописать последнюю букву имени, как в кофейне началось что-то невероятное.