Лучшие парни галактики

Мэд, спасший ее от удушающих объятий этой гадости, в ходе маневра так и не перестал петь о музыканте, что так неудачно пытался совместить две свои страсти: саксофонную и гастрономическую.

Щупальце же, не получив поживы в девичьем лице, обиженно свернулось в клубок, а потом и вовсе прикрылось листьями.

– С-спасибо, – выдавила Кэм.

Мысленно она уже составляла список врачей, которых придется посетить после этого «замечательного отдыха на чудесном острове». Пока лидировал с явным отрывом психолог, причем искренне хотелось надеяться, что удастся отделаться им, а не психиатром; но логопед, устраняющий заикание, тоже мог рассчитывать на поживу.

– Да не за что. У меня благодаря шутерам реакция отменная, – прервал песенку Мэд ради ответа.

«А ведь я буквально пару секунд назад хотела его послать куда подальше с его дурацкой мелодией, – отстраненно подумала Кэм.

Рой, шедший впереди, уже начал забираться по серпантину вверх. Почувствовав, что спутники приотстали, он обернулся, чтобы поторопить их. Оттого здоровенную неприятность, грозившую всем участникам, заметил первым.

Как и все глобальные проблемы местного масштаба, эта оказалась редкостной тварью. Причем в прямом смысле этого слова. Здоровущая, раззявившая глотку, в которой мог бы поместиться взрослый мужик, хоть и не в полный рост, она летела на бреющем полете.

Две пары кожистых крыльев, хвост с метелкой шипов и бирюзовая броня впечатляли. Вирт-подсказка, всплывшая в виде здоровенного табло, мелодичным женским голосом сообщила о том, что перед участниками первое испытание. Не охраняемое, не реликтовое. Зато плотоядное, оглушающее своих жертв ультразвуком.

Участники безо всякой команды упали на землю: кто прикрывая голову руками, кто пытаясь уползти по-пластунски.

Кэм помянула системные платы, Мэд – какой-то гребаный трек, а Алекс – режиссера этого шоу. И Рой был ближе всего к истине.

В это же самое время коптеры работали вовсю, записывая картинку и звук. Режиссер сидел в своем кресле, потирая руки от предвкушения. По документам зверушка проходила как дрессированный домашний питомец некоей Адели де Фурансье.