Магометрия. Книга 2. ДНК Творца

Ощущение переросло в уверенность, когда коридор начал сужаться, а его дуга – становиться все более явной.

– Советую пригнуться. Сейчас мы войдем в грот Петра. Именно оттуда начинается ватиканский некрополь и находится вход в хранилище.

Потолок давил, воздух становился все более спертым, и я почувствовала себя кораблем, запертым в шлюзе, когда нет пути назад, но и вперед не слишком-то продвинешься.

Наконец мы свернули в одно из ответвлений коридора и оказались в небольшом зале. Низкий неровный сводчатый потолок, чадящие факелы.

– Вот мы и в гроте, – провозгласил провожатый.

Царивший полумрак, запах прогоревшего, высмоленного фитиля, причудливые тени на неотесанном камне – все это рождало ощущение нереальности происходящего. Словно сейчас не двадцать первый век, а дикое Средневековье.

Лишь спустя некоторое время, когда глаза привыкли к сумраку, я смогла разглядеть железную дверь, напоминавшую ворота крепости в миниатюре: массивную, арочную, неприступную, обитую полосками железа и заклепками.

Адриано же, не оглядываясь на нас, прошел к двери, прислонился к ее створке обеими руками, и его тело в тот же миг окутало сияние.

– Historia non facit saltus[4 - Historia non facit saltus – история не делает скачков (лат.).] – под речитатив оборотня створки начали раскрываться.

– Забавно, заклинание, заключенное в одно из выражений мертвого языка… – протянул свекор и шагнул вперед.

Мысль о том, что ворота не пропустят тех, кто несет в себе зло, забилась перепуганной птицей в силках. Старик, видя мое замешательство, чуть слышно прошептал:

– Это всего лишь артефакт, а не менталист, считывающий все твое прошлое. Они сканируют мысли лишь текущего момента. Думай не о темном, а о светлом.

– Нефильтрованном? – с нервным смешком уточнила я.

– Хм… хорошая идея. Помечтаю-ка я о нем: холодном, пенном, с запахом хмеля в высоком бокале… – протянул родственничек и, задорно поигрывая тростью, двинулся к дверям.

Когда мужчины миновали врата в святая святых, причем один из них думал о пиве (тоже мне мысль, полная «чистоты и возвышенности»), я невольно задумалась: а так ли непогрешимы эти артефактные блюстители?

Не спеша сделала несколько шагов.