Одержимость

Ничего, придет время, и ты это поймешь. Не доросла еще. Так бывает.

– Слушай, Жень, – перебила Лана, – а как ты считаешь, Егор… он совсем обо мне не думает? Я ему совсем, ни капельки не нравлюсь?

– Опять двадцать пять! – нахмурилась Женька, – когда ты поймешь, что Егор не для тебя, жить станет много проще.

– Почему же не для меня?! – возмутилась Лана, – чем это я ему не подхожу?

– Не заводись, подруга, – Женька поднялась с подоконника, прикрыла окно и устроилась на диване, – дело не в том, что ты ему не подходишь… скорее он тебе.

Давай покурим? – неожиданно предложила она и, не дожидаясь ответа, ушла на кухню. Вернувшись, Женька поставила на круглый столик у дивана пепельницу и закурила.

– И мне прикури! – капризно потребовала Лана.

– Ты же не куришь! – фыркнула Женька.

– Все равно прикури! – настаивала Лана, – я нервничаю. Возможно, сигарета меня успокоит.

Неумело затянувшись, Лана, вернулась к прерванному разговору:

– Так в чем дело? Почему? Что со мной не так? – в который раз пыталась выяснить Лана.

– Слушай, я ведь уже говорила, дело вовсе не в тебе. Просто Егору нравятся совсем другие женщины. И потом, с тобой ведь просто так не получится. А по-другому ему не надо. Понимаешь?

– Какие? Какие другие? – настаивала Лана,– я стану другой. Что нужно изменить? Как я должна измениться?

– Господи, Лана, а если ему завтра лысые будут нравиться? Ты голову побреешь?!

– А ты сомневаешься? – пожала плечами Лана, – я стану синей, зеленой или фиолетовой, лишь бы он обратил на меня внимание.

Ты же знаешь. Зачем спрашиваешь?

– То-то и страшно, что я ничуть в этом не сомневаюсь, – выпустив дым колечком, ответила Женька. – Видела, какое колечко у меня получилось? Хочешь, попробую еще одно выпустить?

– Девочки! Бабоньки! Хватит трепаться! Сейчас будем лопать шашлык! – раздался с улицы веселый голос Егора, – все готово!

– Уже готово?! – Женька подскочила к окну и высунулась наружу. Ей не терпелось увильнуть от неприятного для нее и совершенно бессмысленного, на ее взгляд разговора.

Лана ходила и ходила по кругу, упершись, как осел. Иногда, как сегодня, Женю это выводило из себя; хотелось встряхнуть ее хорошенько, выбить, что называется, дурь. Хотелось, чтобы Лана поняла – насильно мил не будешь. А иногда Женя просто пропускала признания Ланы мимо ушей, поскольку наперед знала все, что та скажет.

– Да! Почти готово! Овощи запеклись, несу! Накрывайте на стол!– подойдя к окошку и легонько щелкнув Женьку по носу, велел Егор.