Контакт из шкафа

– Маньяк? – распахнул глаза одноклассник.

– Выясним.

Глава 2.

Сейф следователя Потаповой

На следующий вечер, в начале седьмого, когда официально рабочее время уже закончилось, капитан Дубов постучал в дверь следователя Потаповой.

Та собиралась домой. Документы уложены в сейф, ключи в сумке, сумка на столе…

Но женщина есть женщина. Когда опер вошел, Людмила Николаевна как раз подкрашивала губы. В самом деле, не выходить же на люди совсем без макияжа!

– Что-то срочное? – спросила следователь, интонацией давая понять, что торопится.

– Скорее непонятное, – не стал обнадеживать Дубов.

– Вечно у тебя… – пробормотала Потапова, не особо, впрочем, расстраиваясь. В конце концов, рабочий день в полиции не нормированный. – Слушаю.

– Я тут побеседовал с участковыми, – начал капитан, усаживаясь на привычное место возле батареи. – Странная картина вырисовывается.

– Надеюсь, не маньяк?

– Если бы!

– Ты меня пугаешь.

Дубов хмыкнул и, вжикнув молнией, расстегнул принесенную папку, в которой обычно хранил протоколы.

– Ситуация, значит такая. За последний месяц в нашем районе произошло как минимум полтора десятка семейных скандалов.

– Ну, Дубов, ты вообще… – Потапова покачала головой и сунула помаду в косметичку. – Такого от тебя не ожидала.

– Во всех случаях, – невозмутимо продолжил оперативник, – скандал возникал из-за того, что из разных предметов мебели, чаще всего из шкафов, выходили голые мужчины и бесследно исчезали за дверью квартиры.

– Дубов, ты охренел?

– Дослушай.

– Что тут слушать? У меня сын один дома, в холодильнике мышь повесилась, а ты мне байки травишь про любовников под кроватью.

– Не под кроватью. И не любовников.

– Это тебе жены так сказали?

– Участковые, – с железным спокойствием ответил Дубов. – При этом всех случаев мы наверняка не знаем, так как многие семьи могли обойтись без вызова полиции.

Потапова посмотрела на часы, потом на окно, где давно уже сгустилась вечерняя мгла.

– Все эти, казалось бы, сугубо бытовые происшествия, – невозмутимо продолжил капитан, – объединяют две странности.

Во-первых, появившиеся из мебели мужчины не делают попыток подобрать свои шмотки. А сразу, голяшом, направляются к выходу.

Во-вторых, никто не знает, куда они потом деваются.