Любовь, миндаль и текила

Я заходила в его электронную почту, искала в его вещах… Что искала? Сама не знаю. Когда Вениамин задерживался на работе, мной овладевал противный липкий страх. Я представляла, что посторонняя женщина прикасается к нему, и сердце останавливалось, а в душе просыпался гнев. Я будто стояла на краю крыши высокого дома и смотрела вниз.

Я стала замечать, что от любимого иногда пахнет сладкими духами с насыщенным восточным ароматом.

– От тебя как-то странно пахнет.

– Тебе кажется.

Он стал позже возвращаться, а по выходным пропадал, как он говорил, с друзьями.

А на днях я уезжала к родителям. Пришлось вернуться пораньше – вспомнила о неотложных делах. Зайдя домой, я увидела красивые женские туфли. Ноги подкосились, но пошла дальше. Любимый сидел на кухне, обнимая какую-то девушку. На столе была бутылка недешёвого вина и деликатесы. А меня он не баловал вкусностями.

– Люся, привет… – Вениамин немного оторопел. – Я не ожидал тебя так рано. Познакомься, это Екатерина Георгиевна, новый менеджер.

Девушка сидела, смущённо потупив взгляд.

– Что ещё расскажешь? Совсем меня за дуру держишь, да? Убирайся, тварь! – закричала я, и девушка поспешно ушла.

– Ты всё не так поняла…

– Мог бы и предупредить, что бабу в гости позовёшь!

– Я хотел тебе рассказать, но ты меня не слушала, ты смотрела сериал, как всегда.

– Подлец!

Почему я так измучена? Ведь раньше я была совсем другой. «Нет ничего хуже, чем любить кого-то, кто никогда не перестанет тебя разочаровывать», – вдруг вспомнила эту фразу.

Плащ намок и стиснул меня влажными объятиями. Не чувствовалось холода. Мысли наползали одна на другую, не давая покоя. Так я впала в забытье.

Я проснулась, с удивлением обнаружив себя в каком-то странном месте. Боже! Я лежу на подстилке из сена, моя одежда совершенно сухая, да и что это за одежда? На мне ситцевое платье в мелкий цветочек. Где мой маникюр? Что происходит?

– Нинка, ты что там, уснула? Ещё свинью кормить надо! – услышала я женский голос.

Я решила осмотреться и вышла в огород. Там трудилась, согнувшись над пышным кустом смородины, женщина средних лет в косынке и простом коричневом платье.

– Какой сейчас год? – спросила я.

– Ты что, Нинка, ума лишилась, что ли? Пятидесятый идёт! Пять лет как война кончилась, всё ещё переживаешь из-за Пети? Хватит уж. Девка ты молодая, пригожая, разберут.