Попала!

Точная копия нашего профессора Куксина, читавшего первым курсам математический анализ, а старшекурсникам какую-то заумь про стохастическое что-то там! И плащ того же черного цвета висит таким же балахоном. Почти брат-близнец! Я настолько оторопела, что чуть не выдала вслух:

– Борис Ефремович, неужели вы тоже в мусоропровод упали?

Данная пространственно-временная версия Куксина остановилась напротив моего дядьки и что-то затарабанила на местном. Жуть! Даже интонации похожи! Стала в спешном порядке вспоминать, чем известен Куксин, кроме полного неприятия халтурщиков, халявщиков и прочих баранов.

Впрочем, таких у нас были единицы. У нашего репутация была на уровне, и дядька, в общем, был строгим, но не вредным.

Может, это и не ко мне? Но на всякий случай сделала умное лицо интеллигентной девушки и стала спокойно ждать. Дождалась – в меня ткнули пальцем, а потом тем же пальцем подманили поближе.

Куксин-два придирчиво оглядел мой наряд. Впечатления тот не произвел. Потом заглянул в лицо.

Хмыкнул. Я, со своей стороны, пыталась сообразить, как бы мне выдать если не свет знания в очах, то хотя бы искру разума? Вот какое выражение физиономии этому соответствует?

Закончив осмотр, Ка-два, как я его уже окрестила, выдал мне тираду вопросов, из которых я разобрала только первые «сиа-сиа». И застыл в ожидании ответов. Спокойно посмотрела ему в глаза.

– Миэ – Иримэ. Миэ ниэти киратас ол виэлдис.

Ну, что могла, я совершила. Ждем эффекту.

– Миа Корэнус, – вздохнул К-2.

И – о чудо! – поманил меня за собой.

Глава 5

Вывод – то место в тексте, где вы устали думать.

    Афоризм Матца

Топали мы долго, мне показалось, что через весь город. Корэнус изредка оборачивался проверить, иду ли я следом, кивал, но молчал. Я держалась в кильватере, подбадривая себя мыслями о том, как мудро поступила, что не оставила вещи на чердаке – сейчас бы мне не найти тот склеп под страхом падения в очередной мусоропровод с вываливанием посередь орочьей степи.

Вторым поводом для оптимизма стала удобная обувь – фиг бы я поспела за К-2 вверх по вымощенной булыжником улице на своих шпильках.

Наконец марафон по брусчатке закончился. Оказалось, что в верхней части города расположен большой парк с раскиданными по нему серыми, украшенными зубцами и стрельчатыми окнами четырех-пятиэтажными корпусами, в которых я безошибочно распознала местную альму-матер. Ну, еще бы, столица державы, тут такое иметь просто положено.