Магиня для эмиссара

Сначала постаралась, насколько смогла, обезопасить дом. Объяснила Холту, что именно хочу сделать. И почему. Причина была проста – мы-то уедем скоро в другой город, а вот тётушка Бет останется тут. Так пусть у доброй женщины всё будет хорошо. Заклинания защиты от огня, от сглаза, от чужой магии я знала назубок. Когда закончила, чуть не упала… Хватит, до завтра не колдую – только сплю! Но теперь пусть кто-то силы моего экс-муженька попробует сюда сунуться – не выйдет ничего, а по носу крепко получит!

А вот дальше я споткнулась.

Холт застал меня, когда я, сердитая, как мокрая кошка, металась по комнате, собираясь нанести визит бывшему. Ни одного приличного платья! Одно старьё с тёртыми локтями времён семинарии! Ну и пусть! Ничего. На платья заработаю. А как он на меня посмотрит – мне наплевать.

– Я пойду с вами, ньера, – тон названного мужа отказа не предполагал.

– Сама справлюсь.

– Нет. Одну я вас не отпущу.

– Я не спрашиваю разрешения, мне нужны мои книги, и я их возьму. И помощь в этом мне без надобности.

Хватит с меня мужчин. Этот тоже… сначала: «Рейн, Сита…» А потом вожжа под хвост попала – и снова стал ньером Холтом. И точка.

– Умная женщина и здравомыслящая женщина – это две разные женщины, – задумчиво произнёс Холт, глядя в потолок.

– Аа-а?! – не поняла я.

– Вы умная. Но здравого смысла – увы… Вот придёте вы одна, и бывший тут же решит, что со мной вы расстались. Ибо какой муж отпустит свою жену одну в дом к другому мужчине? И что сделает ваш экс-хлыщ? Правильно, галопом поскачет к знакомому нам храмовнику за очередным предписанием… Второй резон – вам нужен свидетель, что при посещении дома бывшего супруга вы не кидались на него с ножом, не вредили имуществу, не устроили поджог и не украли столовое серебро… Продолжать надо?

Вздохнула – ведь прав по обоим пунктам.

– Хорошо, ньер Холт, я готова. Идёмте? Кстати, серебра у нас не было.

Если ему не стыдно ходить по улице с облезлой мной в старом платье и если он спокойно относится к запаху рыбы… Ну, умный мужчина и мужчина без странностей – это два разных мужчины.

Знакомая вымощенная брусчаткой тихая улица. Знакомый дом на переломе подъёма. Ничего не изменилось.