Добыча

Тиану кивнул и ментально потянулся к дракону, рассказывая, что мы узнали. Тот был пока еще в Академии, наблюдал за окончанием турнира. Но ничего интересного больше не происходило. Закончив разговор, Ти обвел нас взглядом:

– Шао обещал, что будет носить защиту днем и ночью. А теперь давайте разберемся, что произошло.

Ардена заставили припомнить, в какой позе он сидел. Куда он глядел, было ясно – на меня. Пробой возник слева со стороны спины, напротив сердца. Шон усадил Ара на край кровати и стал водить руками над аурой, вычисляя угол атаки.

Потом достали Шонову запись трибун и стали смотреть, кто сидел в секторе, откуда прилетел смертельный подарок. Вывод был однозначен, и прийти к нему можно было и без хитроумных вычислений. Заклинание присвистело со стороны расположившихся справа наверху преподавателей Белой башни. А сидело их там больше четырех десятков.

Я задумалась… вертелась какая-то идея на границе сознания… Ведь выходило, что некромант никак не мог знать о том, что именно пара эрд Неллао – это замаскированные кронпринц Мириндиэля и имперская кронпринцесса, которые извели под корень гильдию убийц и порушили уже несколько черных алтарей.

– Ара пытались убить, чтобы добраться до Наринель.

Парни уставились на меня.

– Бель, объясняй!

– Вряд ли это некромант, – начала я. – Неллао внешне никак не связаны с его проблемами. Но зато кто-то проявляет ко мне интерес. Этот кто-то, как мы знаем точно, сегодня был на трибунах. И видел, как я сидела, прижавшись к Ару, а он обнимал меня. И мы всюду ходим вместе, не разлучаясь ни на секунду. Вот и выходит – чтобы получить меня, надо сначала убрать Ара.

– Этот, благообразный шатен, который поставил метку на Белисию… как его – тер Алдо? – медленно заговорил Ти.

– И что? – уставилась на него я. – Там кроме него половина преподавателей Белой башни сидела. Даже черная ряса декана маячила. Почему он?

– Потому! Ты и Белисия – одного типа, с учетом твоей эльфийской крови. Похожие рост, фигуры, манеры, пластика. Помнишь, мы решили, что он ищет замену кому-то, какой-то девушке, которую потерял? Это раз. А два – это то, что поставить метку на кого-то – не слишком красивый поступок.