Тайный цензор императора или Книга пяти мечей

Неужели посла убил кто-то из своих людей?

Хотя нельзя исключать того факта, что такой след мог принадлежать убитому… Ведь было бы обидно, если бы первая зацепка оказалась ложным следом? Нужно еще осмотреть тело, посмотрим, что там за обувь у посла?

–Ханг Чэн, а что с телом? Где оно?

–Его перенесли. Знаете ли, смерть неприглядна да и мухи налетели… Сейчас оно в темном и прохладном месте, подальше от взглядов.

– Это где? – сложно сходу представить такое место.

– В подвале, где у нас раньше припасы хранились…

– Ведите тогда – нужно взглянуть.

–Конечно, как скажите. Внизу Вас будет ждать городской лекарь.

Они обошли предхрамовую площадь и спустились вниз. В подвале было зябко холодно, и еще пахло весьма уникально, чтобы исключить запахи гниения и разложения здесь жгли благовония из жасмина и полыни арги. Первое помимо успокаивающего эффекта оказывало обеззараживало. Помимо этого, в ароматической лампах еще жгли специальную смесь, которая включила в себя: аир, корицу, хну, можжевельник и мирру.

Лекарь оказался достаточно высоким мужчиной с мудрыми глазами и редкой козлиной бородкой, волосы в которой еще не были затронуты сединой. Рядом с ним на соседнем свободном деревянном столе находилась переносная коробка.

Три свечи с благовониями были вставлены в сосуд с песком в дань памяти.

– Мо Дзун, дорогой, передай Вот этому господину свои впечатления.

Он коротко поздоровался:

– Мо Дзун, лекарь из Гуанджоу.

Он передал несколько повязок. И пояснил, после того Цензор и его специалист по телам: как мертвым так и живым одели маску на лицо. Что эфирное масло полыни очень полезно – оно хорошо рассеивало холод, согревало меридианы, восполняя пустоту ци и главное хорошо отбивало трупную вонь.

На столе находился покойник. Крайне неприглядное зрелище для неподготовленного зрителя. Атрактилин, мыльное дерево было использовано для дезодорации трупа.

– А.. это… когда Вы своими глазами увидите тело и исследуете его, то страшно удивитесь! Я сам был шокирован, когда увидел! Один чрезвычайно хороший и глубокий удар мечом и почти вся грудная клетка была разрезана. При этом удар был один, сильный, глубокий и сделан крайне чисто.

Тело было разрезано практически пополам, торчали сломанные ребра, внутренние органы просились наружу.