Фантазия о Лунном Королевстве

От постоянного лёгкого заработка ведьмы в Лунном Королевстве обленились настолько, что даже перестали превращаться в красавиц. Эрихто походила на обычную земную молодящуюся старуху, которая выглядит, как женщина средних лет. Правда, о земном и о Земле во Вселенной слыхом не слыхивали, а огромному голубому шару на небе, к которому влюблённые лунатики во все времена обращались с поэтическими виршами, так и не придумали название.

Вскоре перед Эрихто снова появился тролль – он выполнял работу лоскутоносца и время от времени доставлял ведьме послания от потенциальных клиентов.

«Уважаемая ведьма! Я умираю от горя! Помогите разобраться в отношениях с моим Прекрасным Принцем. Хотелось бы узнать, как он ко мне относится и когда мы начнём жить долго и счастливо. Наши имена: Золушка (Рыбы) и Принц (Рак). Заранее благодарю».

Эрихто хлопнула в ладоши, и тут же из воздуха появились две её молоденькие ученицы – они ещё не были ленивы и поэтому выглядели вполне симпатично.

– Я за «благодарю» не работаю, а для вас, милашки, будет неплохая практика, – сказала старая ведьма, щёлкнув костлявыми пальцами. Ученицы суетливо и с трепетом принялись за работу.

Ученица-блондинка, считав эмоциональный фон письма, предложила написать Золушке следующее:

«Вы очень интересны Принцу, но он боится сделать первый шаг, потому что подобная история уже была в его жизни.

Брюнетка, понюхав письмо, сделала своё заключение:

«Девушка, с чего Вы вообще решили, что интересны Принцу? Вам нужны его деньги. Вы хотите им манипулировать? Зачем Вам вообще знать, будете ли Вы счастливы через несколько лет?».

Злорадно хихикнув, ведьмочки решили отписать последний вариант. Затем они огласили следующие два письма. Одно с веским названием «Просто диву даешься, до чего испоганился мир» было посвящено разбору полётов ленивой ведьмы на мётлах нового поколения и обвинениям её в шарлатанстве и ереси.

Было ещё одно послание – «Письмо другу, уехавшему в далёкое Королевство» – содержание которого ведьма поняла не сразу, а потому отдала на растерзание своим ученицам. Вот оно:

«Я ни разу не писала тебе писем, и вот теперь, когда ты далеко, пишу, чтобы сказать: «Я люблю тебя».