Время вернуться

– Это всего лишь ветер! – Снова вставил свое Володя. – Мы рядом с горами. Вот и ревет он в ущельях!

– Это песня Пустыни! И если ты услышишь ее полную силу, то можешь лишиться разума.

– А я никогда не была в этих местах! – Лия поспешила остановить порыв подрывника и Владимира который стал ее раздражать, открыла окно. В лицо подул горячий ветер, и впервые она была ему благодарна. В машине слишком холодно, слишком веяло враждебностью и недовольством. Кроме того, она ощущала неловкость, за то, что поставили в такое неловкое положение гордого непоколебимого воина в черном одеянии.

Ветер отрезвляюще играл в волосах, пока она рассматривала окружающий мир.

Слева от дороги, прямо на краю обрыва стоял укрепленный небольшой город, или то, что от него осталось. Бетонные серые стены вырастали из камня, испещренные ровными зияющими провалами окон. Словно тысячи раскрытых ртов, безмолвно и злобно устремились на свою жертву, готовые ожить, поглотить в бетонное чрево незадачливых путников.

Лия с каким-то внутренним мрачным вызовом смотрела на дома, на мерзкий страх, который липкой дрожью простирался по коже, струящийся прямо из этих окон, из черноты.

Она заглатывала ее, создавала резкий диссонанс на белых стенах и обожжённом кирпиче.

Хриплый голос Лиама выплыл из ее сознания, когда он, наконец, остановил тираду Володи и приказал утихнуть другим.

– Это был приграничный пункт, – сказал он, указывая на дома. – Посмотрите на стены и ту башню. Видите?

Лия не сразу сообразила, куда указывал Лиам, настолько сильно приковал взгляд общий вид.

А там, стояли, ощетинившись вверх, длинные сверкающие металлические стволы. Странный контраст, такой же, как между окнами и белизной стен выделялся и здесь – среди ржавого забора, коричневых прутьев и кристальной, начищенной до блеска стали. Лия чувствовала, что практически не дышит.

– Они так и не выстрелили, – вслед дыханию ответил Искатель.

– А должны были? – уточнил с ноткой скепсиса       Владимир.

– Да. Они получили приказ. Но так и не выполнили его.

Не произвели ни одного выстрела.

– Почему? – Тихо спросил Аким Филимонович, на что Лиам мог только пожать плечами.

Мрачный голос пленника снова ворвался в салон.

– Им помешал Голос. Песня Пустыни не позволила запустить ракеты.

– Брехня! – Снова взъелся Володя. – Снова ваши бредовые сказки!

Аким Филимонович покачал головой и обнял крепче свой портфель. Его седые брови плотно сдвинулись над переносицей, он чувствовал себя старым и никчемным.