Дар Степаниды

***

В однокомнатной квартире, «заработанной потом и кровью», никакого ремонта Зинаида решила не делать, а подкопить денег и спокойно, с удовольствием поехать в Ленинград и поискать обои на свой вкус. Обстановка в квартире была скромная: круглый стол, который можно превратить в большой, овальный, когда приходят гости), разномастные стулья, металлическая кровать с «шишечками» и Надюхин диванчик. Да еще новый, трехстворчатый, с огромным зеркалом, желтой полировки шкаф. Как всегда, в квартире царила чистота.

Сегодня мать и дочь решили устроить вечерний спектакль. Обыграть сцену на перроне из фильма «Мое последнее танго». Счастливый трезвый Геннадий в роли зрителя, в предвкушении чего-то интересного устроился на кровати. Надюха, в белых трикотажных трусиках и тесноватой застиранной майке с вишенками, натянула на голову отцовскую кепку, села на стул и стала перекатывать во рту скрученную из газеты сигару. Зинаида играла роль Марты Андреу.

– Вот. Возьмите свой портсигар! – начала диалог Зинаида и подала Надюхе небольшую книжку, изображающую портсигар, – это ваша спутница его выкинула на перрон!

– Спасибо! Синьора, позвольте поблагодарить Вас еще раз, – грубым мужским голосом отвечала Надя за главного героя фильма.

– Фу, еще до сих пор диклофосом пахнет. Генка, чувствуешь? – отошла от текста Зинаида.

– Да есть маленько, – подтвердил счастливый Геннадий.

– Мама! Ну не отвлекайся… Сейчас будет сцена, где поезд уходит.

– Ладно, ладно, – извинилась мать и продолжала, – это Вы? Разве Вы не уехали?

– Если бы я уехал на этом поезде, я бы кое-кого убил! – насупив брови, пыталась говорить взрослым голосом Надюха.

– Марта! Марта Андрэу! – вставила свою реплику Зинаида.

– Я, вообще-то, хотел узнать не Ваше имя, а название этой станции.

– А-ах! Нахал. Поднимите голову и прочитайте.

– Вы верите в любовь с первого раза?

– С первого взгляда! – поправила Зина дочь.

– Вы верите в любовь с первого взгляда? Это кто Вас там зовет? Вот эта толстая женщина? Кто она? – спросила Надя, показывая рукой на отца, да так правдоподобно, что Геннадий повертел головой, не стоит ли рядом с ним эта толстая женщина из фильма.

– Это? Теща моего будущего мужа! – не сомневаясь, ответила Зина.

Надюха шепотом напомнила матери, что начинается следующая сцена:

– Теперь ты поешь.