Дар Степаниды

И что из этого? – спросила уже готовая заплакать Зинаида.

До Надюхи, наконец, дошло, что ее мамку на глазах у всех обижают, и она ринулась в бой.

– И что из этого? И пусть лежит и лечится! Ты – ведьма злая! Дедка говорил, что ты змея подлокодная, подлегла под него и Мишеньку состряпала. А то, кто бы на тебе, такой страшенной, поженился!? – истерично кричала Надька на Серафиму.

– Надька, замолчи! – отвесила дочери подзатыльник Зинаида.

– Ооо! Яблоко от яблони недалече падает. Такая же будешь – потаскуха, – язвительно вставила свои полкопейки Серафима.

– Не на ту напала. Сама постастуха! – выпалила Надька в ненавистное тетки Симино лицо. Ей до боли было жалко мать, жалко Мишеньку, который так радовался приходам Зинаиды и ее гостинцам. Жалко и стыдно было за отца, который стоял, держась за ограду, с белым лицом и синими губами и не хотел, а может, и не мог заступиться за жену и противостоять тетке Симе. Жаль своего безвольного, вечно пьяненького деда, который так хорошо играл на гармошке и кормил ее манной кашей.

– Мамка вас всех поила, кормила… А вы… – причитала Надька, взывая к взрослым.

Ощущение непоправимости произошедшего переполняло ее. Деда, ее смешного, веселого, родного деда больше нет. С кем она будет петь песни, с кем вести задушевные разговоры? Надюха опустилась на край могилы и зарыдала. За ней заплакал Мишенька.

Зинаида решила забрать дочь и уйти с кладбища. Она подхватила Геннадия под руку, но тот, в ожидании выпивки на поминках, со злостью оттолкнул жену.

Тогда Зинаида схватила плачущую Надьку за руку и выволокла ее за оградку.

– Не нужны мне эти поминки, сама помяну своего отца. А они пусть живут, как хотят, – высказалась обиженная Зина, пробираясь к выходу.

Недалеко от дороги, у братского воинского захоронения тоже проходили похороны. Невооруженным глазом было видно, что умер отнюдь не бедный человек. Рядом с могилой стоял уже приготовленный огромный памятник из черного гранита.

У полированного, дорогущего гроба толпились мужчины, дорого и со вкусом одетые. Один из них, с оспинами на худощавом лице, пристально и с интересом рассматривал Зинаиду. Во рту его сверкал золотой зуб. Зинаида заметила его взгляд, сбавила шаг и улыбнулась. Мужчина подмигнул ей, но Зина строго взглянула на него, тряхнула своей рыжей шевелюрой и гордо прошествовала мимо.

***

В маленькой комнатенке Сениных – беспорядок.