Слуга тьмы

Его шерсть в себя впитала все это, а ничто так хорошо не скажет о колдовстве, как волосы или шерсть, – задумчиво проговорил Ведагор. Он потер пальцы друг о дружку, будто теребя комок шерсти и вспоминая свои тогдашние ощущения. – Так что, может, и права ты. Может, и наслано на деревню какое-то чародейство.

Варево в котле запузырилось и с шипением плюнуло на костер, испустив неприятный запах. Ведагор тут же спохватился и торопливо помешал свой странный «кисель».

– Но как узнать это точно? – спросила Найдана.

Ведагор нахмурил брови и уставился на варево, пузырившееся и клокотавшее в котле.

– Постой!.. – старик встрепенулся, затем на мгновение задумался и принялся рыться в холщовых мешочках, привязанных к его поясу. – А ведь есть средство! Можно узнать, напущено на человека колдовство или нет. Вот тебе чешуя морского змея, истолки ее в порошок, добавь в кипяток, да пусть хорошенько настоится. И еще нужно немного козьего молока.

– Смогу, конечно! Это проще, чем черная собачья шерсть. Сколько нужно-то?

– Да хотя бы несколько капель. Но чем больше, тем заметнее ответ будет. Ну и вот, пройдет мимо человек, а ты возьми да и полей это зелье на его след. Только не медли, след должен быть свежим. Коли напущен на человека морок или колдунство какое, то сразу поймешь. А нет, так ничего и не произойдет.

Ведагор взял большую ложку, зачерпнул варево, внимательно посмотрел на него, поворачивая ложку так и эдак, понюхал, а затем вылил обратно, не попробовав на вкус.

– Как же ты это есть будешь? Оно же воняет нестерпимо! – не выдержала Найдана.

– А я и не буду это есть, – усмехнулся Ведагор. – Задумал я одну штуку… Если получится, то соберу все свои знания в одном месте. Глядишь, тебе потом пригодится. Стар я уже. Стал бояться, что не успею передать тебе все, что знаю.

– Брось! Стар он, видите ли! – возмутилась Найдана.

– Ладно, ладно, – засмеялся Ведагор, но помешивать варево все же не перестал. – Ты мне, главное, потом скажи, как получится с зельем-то.

– Истолочь в муку… – шептала Найдана, старательно разминая чешуйки каменным пестиком.

В очаге уже давно полыхал огонь, и даже вода в чугунке начинала закипать: по поверхности разбегались мелкие пузыри.