Чужой: Холодная кузница

Блю прикручивает еще один теплозащитный экран.

– Ты никогда не устаешь рассказывать всякую чушь, Дик? Ты действительно думаешь, будто я поверю, что ты был охотником?

– Один из первых колонистов Марса был родом из глуши. Это была моя прапрапрабабушка. Она и похоронена на Марсе. И знаешь, что? Австралийцы идеально подходят для работы в космосе.

– Откуда ты знаешь? – хрипло спрашивает Блю, орудуя незакрепленным ключом.

– В глубинке ты каждый день видишь одно и то же. Там постоянно приходится сталкиваться с трудностями.

– Закаты, вероятно, приятнее, – Блю переносится к следующей цели.

– Слушай, дружище, ты сейчас находишься над настоящей плазменной звездой. Никакой вид на Земле с этим не сравнится.

– Не напоминай мне об этом.

Переговорное устройство немного потрескивает.

– Так я могу закончить свою историю, или как?

Когда Блю хватается за следующую дверь, она чувствует скрежет металла. Находящееся под ней существо чувствует ее присутствие и отчаянно ищет способ выбраться.

– Да… да, конечно.

– Итак, я поссорился с моими братьями, бросил нож в Дилана и попал ему в руку. Он отбросил его в меня, но промахнулся на милю. При этом он орал как резаный. Дилан и мой другой брат, Долтон, решили отправиться обратно на ранчо без меня.

– Вас троих зовут Дик, Дилан и Долтон?

– Прекрати перебивать. У тебя там куча дел. – Не дожидаясь ответа, он продолжает: – Я не хотел возвращаться и получить нагоняй от отца, поэтому взял нож и отправился в противоположном направлении. Я просто шел на закат. Частные владения были очень большими. Можно было отлично погулять и при этом никого не встретить.

Блю пытается представить себе засохшую глинистую землю и безжизненные сухие кусты.

– Я наконец добрался до шоссе, но было уже поздно. Тогда я решил, что пора возвращаться домой. Солнце начало садиться, и, слава богу, стало немного прохладнее. Я как раз начал получать удовольствие от прогулки, и тогда увидел их – пару крадущихся за мной койотов.

– Черт! – шипит Люси, и одна из теплозащит на дальнем конце клеточного блока открывается.

Блю инстинктивно залезает на станцию. Она чувствует вибрацию разбившегося внутреннего стекла.