Путешествие в Китай и Японию

Слететь с плохо положенных и крайне изъезженных рельсов было чрезвычайно легко, и мы провели un quart d'heure de Rabelais[10 - Un quart d'heure de Rabelais (французск.) – «четверть часика Рабле», неприятное время.] прежде, чем прибыли, кажется, в Булак. Разумеется, плату за провоз феллаха и баранов разделили между собой европейские кондуктор и машинист: они ведь тоже прибыли в Египет не даром, а с целью сколотить капитал.

Но вот утро, и мы в Суэце. Жара становится нестерпимою, и нездоровые испарения поднимаются с илистого морского дна, обнаженного по случаю отлива.

В ожидании маленького парохода, который должен перевезти нас на большой, стоящий вдали на рейде, мы изнемогаем под навесом железнодорожной станции и соседней гостиницы, откуда часто приносят лимонад и другие прохладительные. Я вспоминаю, что Суэц – ворота в тропическое пекло, и ухожу в гостиницу надеть фланелевую рубашку, эту защиту от солнечных ударов и тропических лихорадок.

– Что это вы делаете? – спрашивает меня неопытный, а потому удивленный Шеврье.

– Да вот гарантирую себя от перемен тропической погоды, так как не хочу ни быть убитым солнечными лучами, ни получить лихорадку вроде той, которую схватил в прошлом году на Панаме и которая держала меня недели три между жизнью и смертью.

– Так фланель есть средство против этих невзгод?

– Разумеется. Вы спросите ваших соотечественников-гренеров: они ведь, я думаю, тоже променяли полотняные рубашки на шерстяные, как люди, бывалые в жарких странах.

– Ах, боже мой! а у меня нет фланели!.. – И Шеврье, под зонтиком от палившего солнца, бросился в Суэц, откуда через час принес две вязаные шерстяные фуфайки, чуть ли уже не бывшие в употреблении, но обошедшиеся ему франков по тридцати каждая.

– Это вы что же разлеглись так неудобно? Ноги выше головы… – спросил он снова меня. – Или это тоже гигиеническая мера против жары? Ведь вам, должно быть, очень неловко на таком кресле.

– Напротив, кресло отличное, и я вам советую приобрести такое же: стоит всего три рупии. – (Кресло было из бамбука, с длинным сиденьем, или точнее – лежаньем, выгнутым посредине протяжения кверху, так что, раз улегшись в нем и привязав самое кресло хоть к борту парохода, можно было безопасно переносить качку, не рискуя быть выбитым из позиции и даже не ощущая позыва на рвоту.)

– Вот что значит опытность! Иду искать себе такое же сиденье.