Проклятая книга. Проклятия бесконечны

Я удивлен (Бургундия)!! И воскликнул::

– Какой-нибудь кошмар?

Бетонная штука лацканов взял себя в руки и глубоко вздохнул, может быть, сумеет это принять и сказал:

– Да я видел кошмар странный, колени и призраки солдат и зверей огромны, и – — —

Молчание вещи на полу, и схватил плечо (загар) с вершины сказал в важности отказаться от того, что важно для вершины, как будто сказать ему что-то чрезвычайно важное:

– Я достал папку для книги!

– Выцветший (бордовый), и глаза у него почти последние, – быстро спросил он:

– Откуда я знаю?

– Я видел их и догадываюсь, что королева знала о нас, они блестяще использовали черную магию, возможно, именно поэтому я потерял зрение.

Тишина вещь, чтобы сглотнуть свою слюну, сказал человек, торгующий лицом:

– Это кошмар?

– Да, сынок, это кошмар, который я видел.

Не говорил (Бургундский), но нес ужас в сердце своем и к своему страху, и образы на них обоих как бы были куском вырезаны, никакой жизни в них нет, только то, что собака берет, должно быть советовано, но ожидаемо

Огромная армия, самая большая армия, которую вы видите человеческими существами, и совершила солдат щитами и блестящими шлемами с надписями страшными, и перед армией стоял тигр массивом и они видны то и дело, и рядом с ними стояли два человека, один обладатель рыжих волос мотоцикл густой, и короткая борода, и усы выбриты, другой отвинчивал насос корпуса, и черные волосы расслаблялись за его чисто выбритым лицом, а перед двумя тиграми и остановкой Тигра железо пыхтело паром время от времени, а рядом с ним стояла Королева и она направила свой разговор к нему.

– Оседлай тигра, (Коэн), и все разбитое придет к тебе, и не жалей, и не жалей.

Помолчал и сказал, глядя при этом на другого::

– А ты, СЕО, не забывай, что слова милосердие не существует в нашем царстве, уничтожь все, что видишь на нашем пути, и давай добудем книгу любой ценой.

Поклон (СЕО) – это немного похоже на то, чтобы сказать да, в то время как она быстро оборачивается и выхватывает революционный утюг и фокусируется на его шее, и оседает там, пока не кричит резким голосом и они не отказывают ей в скипетре к небу, который я принял за свист и грохот в силе:

– Давай вернемся к книге и потертому плащу под нашими ногами, знай, что этот момент будет говорить об истории, и не забудется временем никогда, и что слабонервным нет места среди нас.