Новеллы горной тайги

По высокому крутому берегу Усьвы она завела товарищей в лес, а потом вывела к древней, при Советах построенной, ЛЭП[2 - ЛЭП – линия электропередачи.]. Деревянные потемневшие дочерна опоры устало, почти в изнеможении, держали тяжелые провода, покрытые искрящейся изморозью.

Не посоветовавшись со снегоходами, решили ехать по ЛЭП. Захламленная и зарастающая просека не обрадовалась посетителям. Уральские ЛЭП – это просеки с горки на горку, а по?низу меж ними, как правило, речки и болотца.

Первый же склон был крут, и потому Пилот дал го?рнику оборотов.

Из-под снега по лыжам и гусенице подло били падшие деревья и валуны, норовя опрокинуть снегоход вместе с Пилотом.

Преодолев пару подъемов, обнаружили, что неподалеку проходит газопровод, несущий злато голубое в далекую Европу. Вот он был чист и ухожен. Буераками перебрались на ГП и втопили.

Навигатор подсказал: пора сворачивать на Каменный город. Перескочили местную автодорогу и углубились в перелески. В удовольствие закладывали виражи по пухляку меж берез и сосен.

Вскоре маневрировать стало сложнее – лес сомкнулся, помрачнел. Из-за толстых сосен и елей возникла заснеженная скала. Прибыли…

Разновысокие округлые скалы с проходами и арками составляли массив, который напоминал покинутый подводный город. Пилот уловил смутное сходство с монументом Йонагуни, скрытом на дне Восточно-Китайского моря. Он расхаживал по «улочкам» среди скальных стен и чувствовал, как уши закладывало странной плотной тишиной, словно бы на глубине под водой.

Он сообразил: энергетика места активнее именно в проходах. В голове чуть-чуть звенело, в глазах пробегала едва уловимая рябь. Казалось, воздух вокруг слабо вибрирует.

– Место силы… – бормотал Пилот. – Не бог весть какая, но сила присутствует.

– Присутствует… – согласился Тракторист.

– Однако ж ни пещер, ни гротов не видно.

– По описаниям и быть не должно.

– Где ж тогда Бабе Золотой укрыться?

– А зачем ей?

– Дама все ж таки… Будуар, спальня и прочее.

И как ей без гардеробной?

– Золото червонное – вот ее гардероб и макияж. И умываться ей незачем…

– Пожалуй, что так.

– Красиво тут!

– Тревожною и странной красотой… – нараспев подтвердил Пилот.

И верно – кое-где на скалах кривоватые сосенки, плотно укутанные снегом, напоминали фигуры танцующих скоморохов и гномов.

Местами на скалах укрепились разлапистые низкорослые ели, похожие на деревенских толстушек в пышных сарафанах.