Новеллы горной тайги

– Что-то вроде любви? – поддержал Пилот. – Эмоции, привязанности, стало быть, не чужды?

– Слушай, ваш вид столько любви и прочих эмоций излил во Вселенную, что теперь и нас – разумных – накрывает! – с укоризной и даже горячностью воскликнул Вежедь.

– У вас своих не было? Нашими пользуетесь?

– Вот ты и открыл свое предназначение.

– А то я не знал!

– Мы даже стали делить себя по полам.

– Ого – каламбур! Ты, уважаемый дух, делаешь успехи.

– Правда? У меня появилось чувство юмора?

– Ну-у… Пока нет… – Пилот чуть замялся и заверил: – Но скоро появится.

– Скорее бы, а то интересно, что это такое. Никак не получается его достать из Эфира. И не пойму я – эмоция оно или нет.

Пилот усмехнулся:

– Зато мне стало ясно, как получились Золотые Бабы и Мужики. А Золотые Дети есть?

– А вот это, уж поверь, народные байки. Сплетни называются.

– А вы обманывать умеете? – вдруг спросил Пилот.

– Зачем? Обманывают сильных, а вы – слабые.

– Попросить тебя хочу…

– Так я не шаман и не Дед Мороз.

– Ну, если сможешь, а?

– Так что надо?

– Чтобы на плато погоды были хорошие. А зимой снега побольше. А то на снегоходе по камням, знаешь, не айс… в смысле безрадостно.

– Ветер гремит, ветер плачет! Здесь редко будет иначе… – продекламировал дух Вежедь. – По мне он, кстати, плачет. Потому и не будет иначе.

Медленно угасал фонарик. Истаивал медведь. Больше Пилот ничего не услышал. Незаметно умолкли духи горной тайги. Густая мягкая тьма спеленала Пилота…

Зеркальный дух, как рыба, уходящая в глубину, оставил в ночном небе пару коротких мерцаний.

…Утром Пилот сидел за кашей квелый, потерянный. Эльф участливо спросил:

– Опять к медведю ходил?

– Не-а… Он сам заявился, – вяло ответил Пилот. – И знаешь, хорошо мы с ним поговорили…

Интернат «Судьбе навстречу»

Пилот окинул тревожным взглядом болото, отделявшее его и его квадроцикл от брода через реку Ялпынг-Я. Там, за рекой, неблизкий путь до скромной деревенской цивилизации – почти 80 км.

– А?нчуг, Тошемка, Вижай[5 - Ялпынг-Я и Вижай – названия одной и той же реки, причем оба мансийские.],

По?ма, Та?льтия, Сапса?ус, а за ними – Шегультан.

В междуречьях – пара ядреных болот. Одно Пилот прозвал Анчуг-штрассе, а другое – Вижайский тормоз. За спиной уже остались реки Тохта, Вапсос и Ялпынг-Гусья.