Попаданка и дракон

Нитку белого жемчуга в причёске сменила в два раза более длинная нить розового жемчуга. Губы тронул перламутровый блеск. Горничная подала мне розовато-белое платье из летящего шифона, если я правильно определила ткань. Атласные ленты украшали лиф, юбка начиналась из-под груди и свободно струилась до пола, обрисовывая ноги при каждом шаге. Платье было простым, но в этой простоте скрывалась роскошь.

– Вам невероятно к лицу, светлая.

Служанка не соврала. Подобранный цвет оттенял кожу, и создавал ощущение лёгкости и одновременно хрупкости.

Даже Мерелис оценила:

– Достойно, – кивнула она.

– Небесный просто не сможет пропустить такую красоту.

Мерелис перекосило.

– Оставь нас, – пропросила я горничную.

Девушка поклонилась и испарилась. Дверь за ней плотно закрылась. Я выждала ещё три секунды и уточнила:

– Свтелая, а дракон, находясь в трансе, не сможет увидеть…

– Нет, об этом не беспокойся.

– Почему вы уверены, что меня не выберут?

– Потому что из нескольких тысяч девушек выберут сотню, а то и меньше.

Надо быть очень везучей, чтобы попасть на третий этап отбора. Идём.

И мы пошли. Спустились на лифте в огромный холл.

– Не смотри по сторонам как ротозейка, – зашипела Мерелис, едва я попыталась оглядеться. – Ты та Верде! Не позорь своё имя. За мной.

В холле толпились невесты. Девушки сбивались в стайки и жались друг к другу. Сначала я удивилась, что соперницы проявляют такое единодушие, а потом поняла. Девушки одеты в одинаковые похожие на ночные сорочки балахоны с кватдратным вырезом, скупо украшенным узенькой полоской кружева.

Явно, одевал девушек небесный храм, а значит, девочки из небогатых семей, их выдернули из привычного окружения, доставили в столицу. Наверное, попасть на следующий этап они и не местают, всего боятся, вот и держатся друг за друга. Я подобного удовольствия лишена.

Аристократки всё же были. Я насчитала трёх элегантно одетых гордячек, держащихся поодиночке и одну не менее элегантную, но более приветливую кокетку, стрелявшую глазками и рассыпавшую очаровательные улыбки.

– Какая возмутительная вульгарность, – пробормотала Мерелис.

Я посмотрела туда же, куда смотрела моя надзирательница. У стены лучилась самодовольством… копна. Целый стог оборок, рюшей, кружав, бантов, цветов, лент. Казалось бы, всё выдержано в светлой цветовой гамме, но у меня зарябило в глазах, и я поспешно отвернулась.

Были и другие девушки. Наверное, обычные горожанки.