Невеста решает бунтовать

Нечего и говорить о том, чтобы сделать это быстро.

Я отказываюсь верить случайностям. Открыв окошко связи с кучером, я уточняю:

– Что случилось?

– Простите, госпожа. Мы столкнулись с господином Лоттом.

Разве Лали не передала ему мою завуалированную просьбу проявить терпение? Это так он ведёт себя тихо? Что именно он пытается устроить в этот раз? Обычное столкновение не может дать ему никаких преимуществ. А вот сумей он уединиться со мной в экипаже…

Где-то поблизости засели журналисты из “Светской хроники”?

Рей появляется в поле зрения.

– Дара, вы не пострадали? Должно быть, наша встреча сегодня –  это сама судьба!

Облокотившись на проём, одну ногу я ставлю на самый край –  чтобы попасть в экипаж, Рею придётся меня толкнуть. В крайнем случае я рискну выскочить с противоположной стороны, на проезжую часть, лишь бы не оставаться с ним наедине.

Я нашла выход, и чувствую себя увереннее.

Сказать, что пострадала? Пожалуй, лучше не давать лишнего повода приблизиться ко мне, начнёт ещё хватать за руки, дуть на воображаемые синяки, расспрашивать, что болит. А вот на выговор он нарвался.

– Господин Лотт, я пострадала чуть раньше, от ваших действий. Вашими стараниями “Светская хроника” выставила моего отца бессердечным самодуром, была брошена тень на мою репутацию, –  перечисляю я, причём достаточно громко, чтобы притаившиеся поблизости журналисты могли услышать.

Вероятно, обозреватели скажут, что княжна была холодна и жестока, но по крайней мере они не смогут упрекнуть меня  пренебрежении приличиями. Лучше прослыть высокомерной, чем доступной.

– Дара?

Ещё не понял? Спасибо, я рада продолжать:

– Даже к невесте на публике следует обращаться как к леди. Мы с вами, господин Лотт, не помолвлены. Обращаясь ко мне по имени, вы принижаете меня, господин Лотт.

Он не выглядит особенно удивлённым, то есть Лали уже успела отчитаться. Его выражение лица становится всё более и более жалким. На поверхности обида в лучших чувствах, а под ней… раздражение, злость.

Конечно! Рей выступил, не щадя колена, а все усилия дали обратный эффект.

– Княжна, я ведь для нас старался, для нашего счастья!

Настолько бездарная театральщина, и я велась? Белая богиня, какой ужас. Дай мне остроты зрения, Белая богиня.