Невеста решает бунтовать

Ехать до дворца недалеко, но я всё равно немного припаздываю, и в полдень, когда я должна уже быть в саду, я ещё только предъявляю гвардейцам приглашение. Мне не требуется сопровождение, во дворце я ориентируюсь достаточно свободно, гвардейцы спокойно пропускают меня.

Из холла я поворачиваю в Галерею парадных портретов, через неё быстрее всего добраться до нужной мне террасы. Галерея традиционно безлюдна, только почившие Великие князья смотрят со стен и словно укоряют. Меня? Последнего прямого потомка? Я приподнимаю подол и бегу.

Я совершенно не ожидаю, что окажусь в галерее не одна. Перед портретом легендарного Дарена Вадора, склонив голову набок, стоит брюнет. Царственная осанка, презрительный прищур, руки небрежно заложены за спину и пальцы сцеплены в замок.

Мои шаги гулко отдаются от стен.

Брюнет медленно поворачивается, и я невольно думаю, что уроки высокомерия нужно брать именно у него.

Мы не были представлены друг другу, но я знаю, кто этот брюнет. Он ни кто иной, как посол империи Таэль, граничащей с Вадором и мечтающей, как они говорят, “воссоединиться с полуостровом”.

До того, как храм Белой богини был захвачен чудовищами, полуостров действительно входил в состав империи.

Я останавливаюсь, будто на стену налетаю. Посол –  фигура весомая. Могу ли я использовать его для защиты семьи? Это будет называться государственной изменой, да? Но я не собираюсь стесняться! Звучит по-детски, но правящая семья первая совершила предательство.

Может, завещание последнего Великого князя и впрямь было подделкой?

Наверное, я слишком пристально рассматриваю посла. Он насмешливо изгибает полные губы:

– Леди, я настолько хорош, что вы влюбились с первого взгляда? –  в голосе неприкрытая насмешка.

Стройный, поджарый, черты лица, что называется, породистые. Его глаза завораживают –  чёрные, как безлунная ночь, совершенно лишены естественного блеска.

Что он там спросил?

Я медленно приближаюсь к брюнету. Вблизи видно, что волосы струятся мягкой волной. На ум невольно приходит сравнение –  Рей иногда позволял себе ходить с сальными. Кажется, господин посол удивлён, да? Я улыбаюсь.

Коснувшись его плеча, стряхиваю невидимую пылинку.

Его глаза широко распахиваются. Он задерживает дыхание.

– Господин, вы скоро лопните от самодовольства.

Я не лгу.