Красный Петушок

Проходя по комнате, я опять услыхал имя Рибо и увидел шедшего по широкой лестнице вслед за лакеем черноволосого бородатого человека – знакомого Белькастеля, которого я принял за моряка.

Тогда я вспомнил, что Жан Рибо был во главе экспедиции, которая должна была на будущей неделе отплыть с гугенотами в Новый Свет.

Остаток дня я посвятил осмотру города; его особенности и своеобразие, его громадные размеры так увлекли меня, что я и не заметил, как наступила темнота. Поздно вечером я возвратился в гостиницу.

Общая комната в гостинице была переполнена, и слышен был шум голосов. За длинным столом в центре комнаты, тесно придвинувшись друг к другу, сидело трое. Они тихо разговаривали. Слуги были заняты посетителями.

За маленькими столиками вдоль стен сидело много народу; за одним из них я увидел Мартина Белькастеля, удобно расположившегося на скамейке, прислоненной к стене.

Я подошел к нему, и мы стали разговаривать. Во время разговора я заметил, что глаза Белькастеля, теперь холодные и пронзительные, были напряженно устремлены на группу из троих, сидевших в центре комнаты, и что некоторые из посетителей за другими столиками смеялись на неслышные нам замечания этой группы, в то время как другие бросали на них мрачные, хмурые взгляды.

Как раз в это время новое лицо появилось на сцене, и, к своему удивлению, я увидел того самого толстяка, которого встретил сегодня утром. Он прошел комнату тем быстрым и легким шагом, который так изумил меня при утренней встрече, и я могу поклясться, что он тихонько что-то сказал сидевшим за центральным столом, проходя мимо них в кухню.

Я вскочил с намерением спросить его, откуда он знает мое имя, но он уже исчез в дверях, и я сел, продолжая недоумевать, кто бы это мог быть.

– Болезнь и кончина Жерве объясняют мне, почему я так долго не имел от него известий, – прервал мои мысли Белькастель. – Я часто собирался разыскать его, но у меня есть дело, с которым мне прежде всего надо покончить. Честь моего рода требует этого.

Глаза его стали жесткими при взгляде на людей, за которыми он следил.

– Расскажите мне, Блез, как умер ваш отец.

Я стал рассказывать; описал три счастливых года, проведенных с отцом после его возвращения с войны, потом постепенное, но неуклонное падение его сил, мои опасения за его здоровье.

– Последний месяц его жизни, – заключил я, – он часто искал уединения, прогуливаясь в самых отдаленных местах Брео, точно желая на них наглядеться.