Красный Петушок

Но зато нашей дичи и многочисленных подарков, приносимых соседними жителями, было вполне достаточно для всех нас.

Однажды в полдень мы плыли в нашей лодке по тихой поверхности одной речки и услышали шум голосов в валежнике справа от нас на берегу. Я посмотрел на Мартина, сидевшего на корме; он тихо покачал головой и приложил палец к губам. Когда мы бесшумно подошли под спустившуюся ветку, я схватился за нее и задержал движение лодки.

– Красный Петушок, а? – были первые слова, услышанные нами. – Мы сворачивали шеи и покрепче…

– О брат мой, каким удивительным тупоумием благословил тебя Господь, – прервал его насмешливый голос.

– Ты довольно долго говоришь все об одном и том же, – ответил другой. – Но как? Отвечай, ты ведь так умен!

– Мы должны ждать, глупец! Кто-нибудь увидит…

В эту минуту ветвь из моих рук со свистом поднялась вверх. Наступило молчание, а затем послышался топот ног по мягкой земле.

Я вскочил на ноги, но Мартин усадил меня раньше, чем я успел исполнить мое намерение: выскочить на берег и преследовать заговорщиков. Сильным ударом весла он двинул лодку в узкое пространство воды, окруженное густой листвой. В течение нескольких минут мы не проронили ни слова, продолжая двигаться молчаливо вниз по течению.

– Один из этих людей охотно свернул бы вам голову, Блез, и он сделал бы это, если бы захватил вас врасплох, – заметил, наконец, Мартин. – При первой встрече я постараюсь узнать, видели ли они нас.

Во время послеобеденного отдыха мои мысли были заняты странными и непонятными для меня словами Мишеля Берра (я сразу узнал его голос). Он упоминал о какой-то тайне, о которой я сам ничего не знал. Мартин успокаивал меня, уверяя, что время и терпение несомненно разрешат эту загадку.

Вечером, по возвращении, мы встретили у ворот форта Карла и Мишеля Берра. Последний елейным голосом осведомился об успехах нашей охоты. Белькастель спокойно и вежливо ответил, что южная часть реки, где мы пробыли все послеобеденное время, показалась нам не особенно хорошей.

Глава VI

Бунт

Вскоре Жан Рибо объявил о своем намерении возвратиться во Францию за новыми припасами, предложив недовольным колонистам отправиться с ним. Однако большинство выразило желание остаться в Новом Свете.