Китайский секрет для мистера Форда

И чтобы никто никогда не смел бы сказать нам ни единого слова.

М.Р. долго хлопал ресницами, глядя на эти слова.

– Где я это уже читал? – спросил он.

– И слушать рэгтайм, – продолжал Джейк, – и петь в ванной, и завтракать в постели с книгой. А на завтрак – пломбир.

Компаньон все еще моргал, и он прибавил:

– Ну, положим, на завтрак я бы теперь предпочел, скорее, кусок мяса. Но и от пломбира не откажусь. Так что не знаю, как вы, сэр, а у меня все в силе.

– Ах ты черт! – прошептал М.Р. Маллоу. – Сколько же прошло лет? Пять?

– Четыре.

– Ой, мама! – вскочил Дюк.

И помрачнел. Миссис Маллоу ничего не слышала о своем приемном сыне с самого Сан-Франциско. Сначала ей не могли сказать про бордель, затем – про ясновидение и дамского Меркурия, и, уж конечно, про Джулию Дей и унизительную процедуру с дегтем, которой подвергли двоих джентльменов, когда правда вылезла наружу. Она ведь могла об этом читать, или, что еще хуже, узнать у кого-нибудь из знакомых. Затем ей ничего не сообщили о «Музее-аукционе “Знаменитые вещи”», о фармацевтических экспериментах, о брошюрах «Как получить предложение руки сердца» – и так далее.

Дюк часто думал, что можно было бы соврать только наполовину, сказав, что, мол, журналист – но тогда мачеха неминуемо захотела бы что-нибудь прочесть. А это… Словом, ее трудный пасынок предпочел молчать обо всем, и сам не заметил, как прошло четыре года.

– К Рождеству, – решительно сказал он, – я напишу ей что-нибудь такое, в чем не стыдно будет признаться. Как, черт возьми, хорошо некоторым быть для своих паршивой овцой!

Паршивая овца долго курила.

– Да, – сказала она, наконец, – не позднее, чем к Рождеству нужно будет ей написать. А значит, и…

С этими словами Д.Э. Саммерс обернулся. Его уже некоторое время раздражал шум. Столик компаньонов стоял в дальнем углу, и оба не особенно любопытствовали, чем заняты посетители. А посетителей явно занимало что-то интересное. Что-то, что происходило у стойки, и из-за чего там собралась толпа.

* * *

Немолодой человек лежал на полу, поджав ноги и закрывая локтями голову.

Двое мужчин, один сухощавый, похожий на испанца, второй – толстый, светловолосый, оба модно постриженные, били его ногами. На обоих были черные нарукавники. «Компаньоны, – понял Дюк. – Это их заведение».

Тем временем Д.Э. Саммерс сунул руки в карманы.

– Вдвоем – это для надежности, что ли? – ехидно поинтересовался он. – Боитесь не справиться, ребятки?

«Будут бить», – понял М.Р.