Дело тётушки Кеннел

 – Орал, швырнул в меня омлетом – и с тех пор все. Это конец. Прошло всего две недели, а люди, которые десять лет были нашими заказчиками, переходят на другую сторону, когда встречают меня на улице. Мики никакого житья не стало – парень, кажется, виноват уже тем, что дышит. Хамит механику. Вы понимаете, что такое хамить механику?

– Мики хамит механику? – уточнила доктор.

– Джейк хамит механику.

– Поняла. Продолжайте.

– Он захлопывает окна, когда с улицы слышно, как играют дети. Злится, если где-нибудь смеются.

Доктор Бэнкс смотрела на посетителя своими пронзительными глазами.

Маллоу еще раз прочистил горло. Потрогал глаз. У него тряслись руки.

– Вчера до того сдурел, что грохнул о стену поднос с посудой. Хорошо, мисс Дэрроу не видела – я все убрал. Сказал ему, хватит буянить, совсем, что ли? – так он швырнул в меня яблоком. Ну, то есть, он в дверь им шваркнул, когда я ее закрывал.

– Это было вчера?

– Нет, доктор. Как раз это было час назад.

– А гири, о которых вы говорили, когда только вошли сюда? Тоже час назад? Вы очень сбивчивы.

– Это какие гири? – моргнул Маллоу.

Доктор откинулась на спинку кресла.

– Я вас не понимаю. В начале нашего разговора вы сказали мне, что ваш компаньон вырвал из часов гири.

– Ах, эти гири! – Дюк хлопнул себя по лбу. – Конечно, гири! Ну, эти были во вторник.

– Вы имеете в виду, что были и другие гири? – поинтересовалась доктор Бэнкс.

– Да, вчера. То же ведь – дома гири. От часов. А то в офисе, доктор. Ну, наверху, где «Рекламное Бюро». Это механика гиря, шестнадцать фунтов. Там же его комната, на втором этаже, так он гирю за дверь выставил. А тут его прорвало. Опять, понимаете, мир переустраивает. «Глобализация, – кричит, – облегчит отношения между государствами и приведет к общему подъему экономики. Европа, Америка, Россия – единый мир с едиными правилами. Государство определяет, что можно и чего нельзя, защищает и проверяет!» Джейк ему три раза сказал: «Уйдите».

– Мне кажется, вы запутались, мистер Маллоу, – вздохнула доктор.

– Нет, нет, – отмахнулся тот. – Два раза гири: дома и в офисе.

– Прекрасно, – несколько слишком вежливо сказала доктор, пристально глядя ему в глаза. – Пожалуйста, успокойтесь и скажите: что было с гирями в первый, а что во второй раз.

Маллоу перевел дух. Он устал.