Дело дамы с леопардами

– Ну… – коммерсант подумал. – Значит, ты проворачиваешь дела со спиртом? Молодец, папаша. Тут ты определенно молодец. Но я все равно в дело не войду. Прощай.

Он уже дошел до дверей и тут остановился.

По морщинистому лицу отца катились крупные слезы и он вытирал их пальцем.

– А я уже так рассчитывал на тебя… Я ведь уже старенький и скоро помру…

– Вот видишь, – коммерсант опустился на краешек стула. – Ну, зачем тебе эти гробы? Ты отдохни на старости лет, может, выиграешь год-другой. Порадуешься, погреешься на солнышке.

Гробовщик стыдливо утирал глаза.

– Только я оставлю свое дело, я сразу же… – бормотал он, – умру. И… вряд ли что-нибудь может… заменить!

Он плакал, как ребенок.

«Застрелюсь», – подумал Джейк.

– Ты ведешь себя, как последняя сволочь! – выговорил отец. – Ты ничего не понимаешь!

– Это ты ничего не понимаешь, старый маньяк, – Саммерс поднялся. – Кончай меня шантажировать. Сами такие.

Гробовщик отер слезы и выпрямился.

– Ладно-ладно, – проговорил он.

– Это я наведу справки о твоих делах, – парировал сын. – Ты, кажется, что-то говорил о мертвых итальянцах, которых к тебе привозят по ночам?

– Привозят, – гробовщик пожал плечами. – Ну и что? Во всяком деле есть свои маленькие тайны!

Он захихикал, завязал на концах платка два узла и надел этот платок себе на голову так, что узлы воинственно торчали в стороны.

– Твой папаша – старый муравей!

– Бросай это дело, – посоветовал сын.

– У нас нет «скорой помощи»! – дразнился отец. – Мы не в Нью-Йорке и не в Чикаго.

– У вас есть «скорая помощь», – усмехнулся сын. – Станция «скорой помощи» уже давно есть в каждом городе.

Гробовщик откинулся на спинку кресла.

– Давай, сынок. Зови их сюда. Я хочу посмотреть, как ты упечешь родного отца в психушку.

Коммерсант подумал.

– Как неловко, папаша. Если у меня папаша окажется в психушке… ээ, в санатории! – что же мне думать о себе? Неужели и я в твоем возрасте…

– Конечно! Ну, конечно! – с торжеством вскричал гробовщик.

– Почему это я буду г****?

– А ты и сейчас г****. Автомобилями он торгует. Га-га-га-га! – отец захохотал, показывая на него пальцем. – Приятно, да? Неприятно? Сопляк! Если ты чем-то торгуешь, ты должен быть железным, как скала! Как новая шляпа.