Дело дамы с леопардами

– Мы с мистером Скьявони этот вопрос обсудим, – заметил гробовщик с нехорошей усмешкой.

Саммерс ослабил узел галстука, делая вид, что поправляет его небрежным жестом.

– Знаешь, отец, по-моему, ты устал. Тебе нужно отдохнуть в каком-нибудь комфортабельном санатории.

– Никогда этим делом не баловался, – возразил гробовщик. – Не отдыхал. Всю жизнь работал. Я привык.

– Думаю, самое время. У меня есть знакомые. Тебе помогут устроиться в отличное респектабельное место. Там есть озеро, парк. Библиотека.

В эту минуту он с ужасом вспомнил, что устраивать отца даже в самом скромном «санатории» денег нет. Засунуть отца в сумасшедший дом для бедных?! Да милосерднее будет его застрелить!

– У тебя есть какая-нибудь девка из психушки, что ли? – отец гадко засмеялся.

Коммерсант вздрогнул от своих мыслей.

– Что делать, папаша, ты совсем выжил из ума.

– Сыночек, оставь свои фанаберии! – похоронный церемониймейстер молитвенно простер к нему руки.

– Так, – сказал Саммерс. – Прежде, чем я пойду, скажи мне. Мне просто интересно: как ты думаешь, на что нужны деньги?

На этот раз молчание было особенно долгим.

– Тебе не нужны деньги? – удивился отец.

– Нет, почему же. Но как ты думаешь, на что они мне нужны?

– Но я не знаю! – отец развел руками. – Наверное, ты хочешь семью?

Саммерс фыркнул.

– Да кто за меня пойдет с таким папашей.

– Очень мне нужна твоя семья и твои ублюдки, которые будут мне тут вонять, орать и гадить в саду, – тоже фыркнул гробовщик.

– Тогда зачем тебе понадобилось тянуть меня в свое дело, когда у меня есть собственное?

– Да потому что я хочу передать тебе свое дело!

– Папаша. Хватит.

Саммерс понимал, что будет почти болен, когда окажется в доме Маллоу, но первое, что он сделает – достанет бювар и напишет: «Дорогой Мики, ситуация обстоит так-то и так-то. Похоронное дело нужно продать уже сейчас.

Старый гробовщик выбрался из кресла и приблизился к сыну вплотную.

– Голубчик мой, если ты при мне живом собираешься продавать дело, это будет то же самое, как если бы ты собирался продавать его после меня мертвого! Ибо тебе тоже предложат одни гроши.