Рубиновая звезда

– Что с вами? – растерянно пробормотал Ронг, и этот вопрос относился не столько к странной реакции, сколько к тому невероятному зрелищу, что предстало перед ним: Инир был жутко худым, отчего его большие тёмные глаза казались просто огромными, на лице явственно выделялись острые скулы, тонкая шея была покрыта страшными синяками, свободный серебристый балахон болтался на хрупких плечах, длинные волосы падали на грудь, а в некоторых прядях сверкали вплетённые золотые украшения.

– Прошу прощения, мой господин, – дрожащим голосом ответил незнакомец с лицом Инира, низко склонив голову и замерев в таком положении.

Ронг, поражённый до глубины души, позабыл все слова, и проходившие мимо члены экипажа бросали на застывшую пару заинтересованные взгляды. Наконец к Ронгу вернулось самообладание, и он счёл, что первым делом необходимо поговорить с Иниром в спокойной обстановке вдали от чужих глаз.

– Идёмте ко мне.

Ронг развернулся и направился обратно к недавно покинутой каюте, Инир неслышной тенью покорно следовал за ним.

Автоматическая дверь пискнула и отъехала в сторону, впуская пришедших. Оказавшись в каюте и заблокировав голосовой командой дверь, Ронг глубоко вздохнул, успокаивая бешено бурливший поток мыслей. Что говорить? Как объяснить то, чего он сам не понимал? Насколько откровенным можно быть с человеком, которого он, по всей видимости, не знал? Однако Инир избавил его от необходимости начинать разговор:

– Мне сказали, что вы получили серьёзную травму на задании, – в этом тихом и вроде бы знакомом голосе звучали интонации, которых Ронг никогда раньше не слышал.

– Пустяки. Меня быстро отпустили.

– Я прошу прощения, что вам пришлось искать меня, господин, я должен был незамедлительно к вам явиться и… – испуганно лепетал алоец с таким отчаянием, будто вымаливал отмену смертного приговора.

– Инир, – оборвал его Ронг, устало потерев переносицу, – хватит, сейчас не об этом.

Инир вдруг кинулся перед ним на колени.

Ронг ошалело спросил:

– Что вы делаете?!

Прижав ладони к лицу, Инир тихо взмолился:

– Прошу, господин, только не бейте меня.

Эти слова окатили Ронга невидимой холодной волной – он даже пошатнулся, будто его самого только что ударили. Схватившись за голову, он отступил вглубь каюты подальше от этого безумия. Невыносимо было видеть Инира таким. Таким несчастным, до смерти запуганным, беспомощным существом.