Ричард Львиное Сердце

], зеленый блеск твоих очей ранил меня, и я воскликнул: «Она – или никто!»

Жанна опустила голову, а он продолжал:

– Когда там венчали тебя королевой, потому что ты держалась так спокойно и величаво, так безмятежно подымала свое ясное лицо; когда твой рукав опустился в мой шлем[11 - Турнир начинался с того, что глашатай выкрикивал имена бойцов, подбодрял их сам и особенно побуждал к тому дам: красавицы кидали своим рыцарям ленты, шнурки, рукава, которые воздыхатели прицепляли к своим копьям.], а мое сердце пало ниц к ногам твоим; когда рыцари, склонившиеся под моим копьем, были посланы преклонить пред тобой колени – что заставило тогда твое лицо вдруг запылать, а глаза так ярко заблестеть?

Она скрыла от него свое лицо.

– Поклонение рыцарей? Любовь ко мне? – воскликнул он и продолжал: – О Жанна Чудный Пояс! Когда я увел тебя с лугов Жизора, когда научил тебя любить и из твоих юных уст узнал, что такое любовь, – тогда только я сделался человеком. Теперь ты просишь, чтоб я стал собакой?

И он опять поклялся, что не покинет ее никогда.

Страдая всей душой, она все-таки гордо улыбнулась:

– Нет, повелитель мой! Раз проснулся в тебе человек, ты никогда не перестанешь быть им. Ты отправишься туда, потому что ты – сын короля, а я буду молиться о новом короле.

Так она возражала ему, а он судорожно рыдал, прильнув лицом к ее коленям. Она уж не плакала. С сухими глазами целовала она его, с сухими губами пошла спать.

«На этот раз он сказал Да, – поясняет нам аббат Мило.

 – Но лишь гораздо позднее узнал я, какой ценой ей это досталось».

На другое утро он уехал. Она смотрела ему вслед.

Глава II

О том, как красавица Жанна пожертвовала собой

Для пустяков всегда найдется досуг, а наши мудрецы бросают и нужное дело, когда оно надоест им.

Граф Ричард Пуату, раз уже порешив, еще с вечера исповедался: ему нужно было выехать с зарей, когда петух только что запоет, а до того еще успеть приобщиться Святых Тайн. Он так и сделал, даже прежде, чем утреннее небо приняло серенький предрассветный оттенок.

Граф был в латах, в полном вооружении, в своем красноватом плаще из леопардовых шкур, уже опоясанный мечом и при шпорах. В притворе часовни один сквайр[12 - Сквайр – дословно: щитоносец. Первоначально это был мальчик рыцаря, род конюха. Подросши, он становился пажом и уже потом – рыцарем. Все эти степени прошел и Ричард.] держал его щит, другой – шлем, а конюх прогуливал коня.