Добавь огня этой ночи

– Я и не говорил, что ты украла его.

– Ну, это пока. – Она глотнула вина и завела руку за голову. – Уверена, не ровен час, и это произойдет. Я очень хорошо знаю, что ты думаешь обо мне на самом деле.

– Ты обвиняешь меня?

Майк провел рукой по волосам, почесал затылок. С самой первой встречи он понял, что эта женщина обладает редким талантом ставить его в тупик. Он знал, что она лгунья, но это не отменяло возбуждения, которое он испытывал всякий раз, когда думал о ней.

На работе он держал дистанцию, зная, что так лучше для всех.

Попав сюда, оказавшись с ней наедине в комнате, освещавшейся лишь рассеянным светом лампы, он почувствовал опасность, однако, зная об угрозе, по-прежнему оставался на месте. Более того, сделал шаг ей навстречу и остановился. Ее запах омрачил его разум.

Недопустимо так рисковать.

– Несправедливый вопрос. – И опять она смотрела на него снизу вверх. – Ты сделал собственные выводы, даже не выслушав меня.

– А ты могла что-то возразить, изменить мое мнение? Черт, твой дядя – владелец «Снайдер артс».

– О, ради бога. – Она фыркнула, с резким стуком ставя бокал на стол.

– Скажи, что я не прав.

– О чем ты? Да, он действительно владеет «Снайдер артс». Но наши интересы никак не пересекаются.

– Он – член семьи.

– Да, и достаточно высокого мнения обо мне! Ему бы никогда и в голову не пришло просить о том, в чем ты упрямо продолжаешь меня обвинять. Шон никогда не подвергал сомнению мою порядочность.

– Шон – доверчивый парень.

– Ладно. Ты бы стал лгать и обманывать свою семью?

– Нет, не стал бы.

Майк как никто другой знал цену и последствия лжи. Еще в детстве он пообещал себе всячески избегать и лжи, и лживых людей. Потому и не мог доверять Кларе. Когда они встретились впервые, она солгала. Этого не изменить.

Ее глаза вспыхнули.

– Но ведь предполагаешь, что я могу это сделать.

– Тут нечего теряться в догадках.

– Какой же ты идиот! Придумай какую-нибудь новую причину меня ненавидеть.

Я не использовала тебя тогда. И не использую сейчас.

– Уверен, каждый вор утверждает, что невиновен.

Она поднялась с кресла, приблизилась к нему так, что ему пришлось отступить.

– Назови хотя бы одну вещь, которую я украла. Укажи хотя бы одну причину, почему ты имеешь право называть меня воровкой.

Ого! А она на самом деле разъярилась.

– Хорошо! Мне доподлинно не известно, украла ты что-либо или нет, но допускаю такую возможность.