Эхо и империи

Пришел в место, полное людей, и применил к ним магию, будто это совершенно нормально.

Все это было настолько невероятно, что на миг я задумалась: а вдруг я просто сплю и это лишь кошмар, вдруг лицо вора засело так глубоко в моем подсознании, что заставило думать, будто я бодрствую?

Но нет. Мои сны никогда не были такими живыми. Я чувствовала, как колотится сердце, как по спине бежит холодный пот, как длинная прядь светлых волос, все еще влажных после душа, падает на глаза.

– Какого черта тебе надо? – огрызнулась я.

Я была поражена, что мой голос звучал раздраженно, а не дрожал от страха.

Вор с головы до ног окинул меня взглядом, и выражение его лица помрачнело.

– А ты еще не поняла?

– Очевидно, что нет, раз спрашиваю у тебя.

– Мне нужна магия, которую ты забрала у меня.

Я уставилась на него во все глаза.

– О чем ты говоришь? Ничего я у тебя не забирала, тем более магию.

Мне было противно даже произносить это слово вслух. Оно казалось дурным, будто ему было не место в моей жизни и словаре.

– Может, не нарочно, согласен. Но ты совершенно точно была там, когда шкатулка памяти, которую меня отправили выкрасть, открылась. И я видел, как магия из нее проникла прямо в тебя.

От его слов в голове возникали смутные образы. Гвардейцы, лежащие без сознания. Вор, потянувшийся за маленькой золотой шкатулкой. А затем он споткнулся, и она упала на пол прямо передо мной… и открылась.

Золотой дым.

Да, теперь я вспомнила, как видела это, хотя мне отчаянно хотелось винить во всем свое воображение.

Я думала, что это было частью сна, ведь невозможно, чтобы все произошло на самом деле.

– Нет во мне никакой магии, – пролепетала я. – Я бы почувствовала, если бы была.

– Верно, – ответил он. – Конечно, почувствовала бы. Я бы с удовольствием обсудил это с тобой, да только время поджимает, Дрейк.

Я встретилась с ним взглядом.

– Как ты меня назвал?

– По фамилии, – вздохнул он. – Джослин Дрейк, дочь бывшего премьер-министра.

Близкий друг королевы. Встревоженная подруга валяющихся в обмороке девчонок. По роду деятельности я предпочитаю называть людей по фамилии. Так проще. И не так лично, – проговорил он на выдохе. – Вернемся к нашей проблеме.

– Магия, которая, по-твоему, во мне, – проговорила я, содрогаясь от этих слов. – Из этой… этой шкатулки памяти.

– Да, очень рад, что ты соображаешь. Я весь день что есть сил пытался разобраться в этой свистопляске.