Льдинка. Во власти босса

– И как тебе твой новый начальник? – переспрашивает она меня, и я вижу, как загораются огнями её огромные бездонные глаза. Ну хоть что-то чтобы отвлечь её от этих вечных болей.

И мне хочется сказать ей, что он самый напыщенный и высокомерный болван, которого я когда-либо встречала, но зачем ей это знать?

– Он взрослый, – начинаю осторожно я.

– В смысле взрослый? Старый? – переспрашивает меня Юлька.

– Нет, конечно, не старый, – вспоминаю я его волевое безумно притягательное лицо.

– Отличная разница в возрасте. Для начальника и подчинённой, конечно же, – тут же смущённо добавляет Юля. – Не старик, но и не молодой дурак, – словно читает она мои мысли. – Ну а как он тебе внешне? – продолжает она свой допрос, и я невольно улыбаюсь и краснею, вспоминая, как я сегодня практически несколько раз утыкалась лицом в его ширинку.

Но моей сестре это знать совершенно необязательно.

– Он очень привлекательный. И мужественный, – добавляю я. – Не даром же он создал такую могущественную империю.

– Погоди, а как его зовут? – переспрашивает меня сестра.

– Как, я тебе не рассказывала? – пожимаю я равнодушно плечами.

Конечно же, я никому об этом не рассказывала. Чтобы не сглазить! Но и это, как выяснилась, мне не помогло… И теперь уже можно смело раскрывать все карты.

– Это же Вербицкий.

– Как?! Тот самый Вербицкий?! – аж привстаёт в постели моя сестрёнка. – Тот самый знаменитый плейбой? – она берёт в свои тонкие, как птичьи лапки, руки мобильник, и начинает скролить ленту. – Я же только что видела о нём пост в новостях, вот, подожди, – что-то ищет она, и наконец-то тыкает мне в лицо красочной фотографией, где мой так и несостоявшийся босс со сдержанной улыбкой обнимает за талию самую красивую актрису страны, и надпись под снимком недвусмысленно намекает: «Знаменитый олигарх нашёл наконец-то свою новую любовь? Или это всего лишь очередной каприз?», и ниже небольшая заметка о том, что Светлана Синичкина была замечена ни один раз в обществе самого желанного холостяка страны.

И хотя мне совершенно плевать на этого придурка, я чувствую, как во меня неприятно колет мелкими иголочками какое-то странное чувство.