Краеугольный камень

 – Теперь, когда армейская иерархия перестала висеть над моей головой дамокловым мечом, я мог бы ответить тебе.

– Мог бы, – рассмеялся полковник. Стив успел забыть, как неестественно звучит его смех, потому что редко слышал, чтобы полковник смеялся. – Но не станешь, – он зашелся в приступе лающего кашля – так сказывалось курение. Миллиган шутил, что родился с сигаретой в зубах. – Ты все тот же мальчишка, каким был, Стив, знаешь. И ты мне нужен.

– М-м-м, – лениво протянул Стив и крепче сжал телефон в руке.

Стив язвил, его тон сквозил сарказмом, и грубостью, и абсолютным нежеланием говорить. Его вело от огромного количества бурбона, от вскипающей злости на полковника за испорченную ночь и грядущие беспокойства. Уильям должен был сказать спасибо за то, что Стив сразу не бросил трубку. Потому что Стивен вовсе не был рад его слышать. Общие воспоминания на поверку оказались слишком болезненными и пугающими, чтобы при встрече травить армейские байки за кружкой рутбира.

За окном внезапно начался дождь. В Луизиане это было обычным делом. И поначалу повеяло холодом, а после духота стала невыносимой.

– Ты один? – спросил Уилл.

– Я взрослый мальчик, – уклончиво ответил Стив, несмотря на то что в его постели никого не было с тех пор, как он снял эту квартиру в бывшем индустриальном районе Нового Орлеана.

– Нужно встретиться, – сообщил Миллиган. – Из всех, кому я безоговорочно верю, в живых только ты.

– И ты хочешь, чтобы я отправился вслед за теми несчастными? – усмехнулся Стивен.

– Нет, – полковник решительно и слишком быстро опроверг его предположение.

– То есть, то, во что ты хочешь меня втянуть – не смертельно опасная авантюра с летальным исходом? – спросил он.

– Оставь свой сарказм для других, – от былой веселости не осталось и следа. Стива передернуло от холодного, резкого тона и от мгновенной смены настроения. – Я бы не позвонил, если бы дело не было важным. Для тебя. Помнишь нашего общего друга Ричарда Мэддена?

Сердце пропустило удар, затем еще один и забилось так, словно он только что пробежал марафон по проклятым пустыням Ирака по милости Миллигана.