Матриум. Приветики, сестрицы!

Оно-то так, но с другой стороны, раз уж нас учат быть кроткими и мимишными, то для чего развращать детские умы карикатурой поехавшей недоженщины?

А может быть, Трупедроксуса для того и выдумали, чтобы вычислять в толпе таких, как я, и чтобы на свет выходило то, что внутри спрятано. Выходит, это был тест, который я не прошла.

Ну, да ладно.

Конечно, я не ожидала, что госпожа Букерош, а с нею толстячка Черепаха направятся на побережье Розового моря вместе со мной. Так что у меня был немаленький удивленчик, когда на следующий день они, добравшись первыми, встретили меня на посадочной террасе.

На госпоже Букерош красовались широкополая шляпа и салатового цвета сарафан, очень подходивший к ее глазам.

Черепаха помогла мне вылезти из авиетки (авиетка была хоть и межполисная, но мне с моими габаритами даже в такой тесновато). Во время приземления я успела заметить море, а отсюда, с террасы, его не было видно. Небо, как и положено, застилала сфера, правда купол ее висел раз в десять ниже, чем в Каллионе.

Меня повели к овальному входу. Он был похож на пасть огромного животного, и это немного пугало. Я оглянулась еще раз и увидела заостренные верхушки деревьев, они торчали из-за парапета террасы. Помните финальную сцену из комедии «Твоя няшная мими», там были точь-в-точь такие же деревья – кажется, они называются кипарисы.

Мы вошли в коридор, и я перестала слышать свои шаги: тут и пол, и потолок, и стены были покрыты мягким материалом, и таким разноцветным – аж в глазах зарябило.

Госпожа Букерош обогнала меня, а Черепаха шла сзади.

И вот идем мы, и я поглядываю на бедра и попку госпожи Букерош, обтянутые тоненьким ситцем. Попка так мило виляет из стороны в сторону, а я смотрю на нее и думаю, что мне надо как следует постараться, надо быть паинькой и ни в коем случае нельзя ныть. Тогда они решат, что я исправляюсь, и, может, за это мне перепадет пара-тройка деньков релакса на каком-нибудь из местных пляжей.

– А далеко тут еще?

А та мне холодно:

– Увидите.

Бу-бу-бу… Если эта зануда останется тут, непросто мне будет из себя мими изображать.

И тут меня что-то кольнуло.