Ночь храбрых

Она сомневалась в своих собственных силах, и это ранило ее больше всего.

Лорна не понимала, как это могло произойти. Единственным ответом могло быть то, что судьба Эскалона меняется каждое мгновение. То, что было написано на тысячи лет, теперь является ненаписанным. Лорна чувствовала, что судьба Эскалона висит на волоске и сейчас она в хаосе.

Лорна чувствовала, что все на корабле смотрят на нее, желая знать, что делать дальше, что судьба готовит для них, пока они плывут прочь от горящего острова. Пока мир горит в хаосе, они все ждали от нее ответа.

Лорна стояла с закрытыми глазами и постепенно она почувствовала, что внутри нее появляется ответ на вопрос о том, где они нужны больше всего. Терн.

Лорна открыла глаза и осмотрела воду внизу, глядя на каждое проплывающее мимо тело, море трупов билось о корпус корабля. Другие моряки тоже часами осматривали воду, изучая лица вместе с ней, но успеха пока не добились.

«Миледи, корабль ждет Вашего приказа», – осторожно заговорил Мерк.

«Мы изучаем воды уже несколько часов», – добавил Совос.

 – «Терн мертв. Мы должны отпустить его».

Лорна покачала головой.

«Я чувствую, что он жив», – возразила она.

«Я больше, чем кто-нибудь другой, хотел бы, чтобы это было так», – ответил Мерк. – «Я обязан ему своей жизнью. Он спас нас от дыхания дракона. Но мы видели, как его охватил огонь и он упал в море».

«Но мы не видели, как он умер», – произнесла Лорна.

Совос вздохнул.

«Даже если он каким-то образом пережил падение, миледи», – добавил он.

 – «Он не смог выжить в этой воде. Мы должны отпустить его. Наш флот нуждается в направлении».

«Нет», – решительно сказала Лорна властным голосом. Она чувствовала, что внутри нее зарождается предчувствие, покалывание между глаз. Оно говорило ей о том, что Терн жив, находясь где-то среди обломков, среди тысяч плывущих тел.

Лорна осматривала воду, ожидая, надеясь, прислушиваясь. Лорна слишком многим ему обязана, а она никогда не поворачивается спиной к другу.

Залив Смерти был устрашающе тихим со всеми этими мертвыми троллями и исчезнувшими драконами. Но вместе с тем здесь царил свой собственный звук – непрекращающееся завывание ветра, плеск тысяч волн, стон их корабля, который все время раскачивался. Пока она прислушивалась, шторм становился все более свирепым.

«Поднимается шторм, миледи», – наконец, сказал Совос. – «Мы нуждаемся в направлении».

Лорна знала, что они правы, но она не могла его отпустить.