Прутский Декамерон-2, или Бар на колесах

А чтобы игра закончилась в девять вечера – такого вообще не бывало. Все мои партнеры в растерянности, если не сказать в шоке. Никто из присутствующих не помчался, к моей радости, домой за деньгами, и никто свеженький с улицы с пачкой купюр в компанию не влился.

Я застегнул сумку, ногой небрежно пододвинул ее под стул Василию и говорю:

– Разрешите, братцы, в туалет сходить, побрызгать. – И вышел. Специально сумку в комнате оставил – Василий парень абсолютно порядочный, да и мне выказывать недоверие к компаньонам ни к чему.

Вернувшись, остановился перед дверью и стал слушать.

– А ну подтолкни, Василий, сумку ко мне, – слышится бубнящий голос Кости. – Надо ему ее ополовинить – этому маланцу слишком жирно будет, все наши деньги забрал.

Вася не отзывается, у него, судя по всему, нет настроения отвечать.

Голос Иосифа: «Придется теперь, бляха, километр труб продавать, клиент меня давно просит. Дожился, блин, деньги в доме под ноль кончились, жене на хозяйство нечего выделить».

«А у меня, – вторит ему Василий Иванович тоскливо, – е…ть меня в сраку (это у него любимое выражение такое), профсоюзные деньги, полторы тысячи улетели.

– Было и сплыло. Ты себе еще наворуешь, – одновременно сердито и горестно вздыхает Костик. – Не зря ведь ты профсоюзный деятель. А я вот машину сегодня продал за четыре тыщи, и три только что просадил этому…, хорошо, хоть тысячу дома заныкал, но жена все равно убьет меня, как узнает.

«Ага, – сообразил я, – значит, Костик свою машину уже продал, а мне всего лишь несколько минут назад ее купить предлагал».

– А я, – наступила очередь Ивана плакаться, – продам завтра– послезавтра кубов тридцать– Сорок бетона с раствором, и все будет в порядке – восстановим баланс. – Голос его тверд, Иван оптимист, он никогда не унывает.

Я начинаю громко на месте топать, затем толкаю дверь и вхожу в комнату. Все с грустью взирают на меня. Николай – водитель сидит подавленный, голову опустил, руками по карманам шарит, в который уже раз выворачивает их наружу – никак не может поверить, что они пусты.

– Ты, Савва, какой дорогой домой пойдешь? Давай-ка сразу садись ко мне в машину, вывезу тебя в лес…

– А больно тебе не будет, когда мы вдвоем в лесу останемся? – беззлобно отозвался я, и Мишка, кисло усмехнувшись, умолкает.