Царство теней

Они быстро опускались, вытянув когти, выпуская пламя и убивая сотни солдат и троллей без предупреждения. Волна огня опустилась вниз, распространяясь, и через несколько секунд тролли, стоявшие над Кайлом, сгорели дотла. Видя приближающееся пламя, Кайл схватил огромный медный щит рядом с собой и прикрылся им, свернувшись в клубок. Жар был сильным, когда отлетел от щита, чуть не опалив его руки, но он удержал его. Мертвые тролли и солдаты упали на него сверху, их броня создала для него большую защиту. По иронии судьбы, эти тролли и пандезианцы теперь спасали его от смерти.

Кайл держал щит, потея, едва в состоянии выносить жар, в то время как драконы ныряли снова и снова. Не в силах больше терпеть, он потерял сознание, усердно молясь о том, чтобы его не сожгли заживо.

Глава седьмая

Везувиус стоял на краю скалы рядом с Башней Кос, глядя сверху на грохочущие волны Печали. От того места, куда упал Меч Огня, все еще поднимался пар, и Везувиус широко улыбнулся. Ему это удалось.

Везувиус сиял, испытывая головокружение от волнения. Его ладонь все еще пульсировала в том месте, где он схватил горящий Меч Пламени, и, бросив взгляд вниз, он увидел эмблему, выжженную на ней. Он пробежал рукой по свежим шрамам, зная, что они останутся навсегда – знак его успеха. Боль была ослепляющей, но он прогнал ее из своей головы, чтобы она его не беспокоила.

После всех этих столетий теперь, наконец, его народ получил то, что ему причитается. Они больше не будут отосланы в Марду, в северные части империи, в бесплодную землю. Теперь они отомстят за то, что были подвержены изоляции за стеной пламени, они заполнят Эскалон и разорвут его в клочья.

Сердце Везувиуса екнуло, он почувствовал головокружение при мысли об этом. Он не мог дождаться минуты, чтобы развернуться, пересечь Палец Дьявола, вернуться на материк и встретиться со своим народом посреди Эскалона.

Но, пока Везувиус стоял здесь, сверху глядя на волны, на то место, куда погрузился меч, что-то не давало ему покоя. Он взглянул на горизонт, рассматривая черные воды Залива Смерти, и что-то беспокоило его, делало его удовлетворение неполным.