(Не) волшебная палочка

Второй, своим видом напоминавший фанатичного адепта сатанинской церкви, захлопнув дверь, посмотрел в боковое зеркало внедорожника. Пригладил рукой короткие светлые волосы, выпрямился, потом посмотрел на сыщика, зелёные глаза блеснули азартным огоньком.

Сыщик окинул взглядом сатаниста. Ростом тот был на голову выше. Одет, как всегда, во всё черное. Осенние сапоги, летом, и этот дурацкий кожаный плащ в пол. Впрочем, сегодня было пасмурно, и полчаса назад в Розвелле прошёл дождь. Да и многие сейчас носят пирсинг над бровью и одну серьгу в ухе.

Сыщик обречённо вздохнул:

– Ты готов, Даггер?

– Ага. – сатанист кивнул, с его лица не сходила довольная улыбка, взгляд был слегка безумным.

Мужчина покачал головой и кивнул в сторону коттеджа, возле которого они припарковали машину.

– Пошли, – коротко сказал он, и, спрятав руки в карманы плаща, направился ко входу в дом, – Только, пожалуйста, как в тот раз ничего не напутай, – сыщик в шляпе бросил сердитый взгляд на напарника.

– Всё будет в лучшем виде. Тарс, не переживай, – ответил парень и последовал за ним.

Они встали перед дверью. Сыщик кивнул:

– Звони.

Сатанист кивнул в ответ, обошёл напарника и нажал на кнопку звонка.

Дверь открыла девушка. Она окинула гостей скептическим взглядом и спросила:

– Вы кто? – голос был недовольным и слегка удивлённым.

– Я – экстрасекс, – быстро нашёлся Даггер, и, снова, широко улыбнулся.

Девушка посмотрела на него и потупила взгляд.

– Вы хотели сказать «экстрасенс»? – переспросила она, и краем глаза заметила, как второй гость, в шляпе, закрыл ладонью лицо.

– Нет, – уверенно ответил Даггер.

Сыщик незаметно ткнул напарника локтем в бок и втиснулся между ним и девушкой, показывая ей какую-то корочку.

– Си Эс. Вы нам звонили, – объяснил он.

В ответ девушка многозначительно кивнула, ещё раз окинула оценивающим взглядом мужчин и впустила их в дом.

– Мам, к тебе пришли! – крикнула она, проводив мужчин на кухню.

Теперь в её голосе больше не было удивления, напротив, появилась даже какая-то удручающая обыденность. Недовольство, однако, осталось.

– Иду! – ответил звонкий голос немолодой женщины.

Не прошло и минуты, как со второго этажа спустилась хозяйка дома, лет пятидесяти на вид.

В отличие от девушки, она была очень рада гостям.