Ничего не планируй

– Конечно, – выдавила я, надеясь, что это прозвучало спокойно и сдержанно, а не так, словно я вот-вот закричу от восторга или обрыгаю всё вокруг.

От Джесси пахло кондиционером для белья и немного пивом, и, даже достав пульт, он не спешил отодвигаться.

– Может, фильм? – уточнил он, направляя пульт на телевизор, но не отрывая взгляда от моих глаз.

Именно тогда до меня наконец дошло, что происходит. Возможно, я целовалась лишь с четырьмя парнями (а единственный, кого можно было с натяжкой назвать моим бойфрендом – это партнер по химии Эдди Кастильо, ведь я встречалась с ним три недели в десятом классе), но при этом не вчера родилась.

Я вдруг поняла, почему Джесси попросил меня остаться и почему сидел так близко ко мне, – и дело совершенно не в просмотре фильма.

– Конечно, – повторила я, изо всех сил стараясь смотреть на него и сопротивляясь желанию вскочить и подбежать к сумочке – мне хотелось написать Шивон о происходящем и посоветоваться. А вместо этого я скинула туфли без каблуков и поджала под себя ноги.

 – Фильм – звучит замечательно.

Джесси предложил несколько вариантов, и я притворилась, что раздумываю над ними, хотя и понимала: мы просто оттягиваем время. И, конечно же, прошло лишь несколько минут фильма, который, как мне показалось в моем рассеянном состоянии, был о полицейском и собаке, поменявшихся телами, когда Джесси отвернулся от экрана и посмотрел мне в глаза.

– Привет, – сказал он и один уголок рта растянулся в улыбке.

– Привет, – ответила я, не утаивая в этот раз нервозности в своем голосе.

Он протянул руку, заправил прядь волос мне за ухо, а затем погладил большим пальцем мой подбородок. После чего, закрыв глаза, наклонился ко мне.

И поцеловал.

С первой секунды, как наши губы встретились, стало ясно: Джесси прекрасно умеет это делать. Стремительный и страстный поцелуй, от которого у меня перехватило дыхание, совсем не походил на застенчивые, робкие поцелуи, что были у меня раньше. Я старалась не отставать, при этом пытаясь осознать реальность происходящего.

Целовала и надеялась: он не заметил, как я неопытна. А если и заметил, то, похоже, его это не сильно волновало. Сердце неслось во весь опор, даже когда казалось, что я превращаюсь в лужицу и впитываюсь в изношенный велюровый диван Фостеров.

Джесси отстранился и посмотрел мне в глаза, а я попыталась перевести дыхание и подумать о чем-то еще, кроме его имени, которое набатом звучало в моей голове.