За гранью света

Выжженный на груди знак кольнул и завибрировал, отвык я уже от этих ощущений. Символ выжигался клеймом каждому рожденному на Тропах сразу после перерезания пуповины. Он позволял свободно передвигаться между мирами в обе стороны и обеспечивал гарантированное попадание на Тропу Мертвых, где бы ты ни был в момент гибели. Смерть от старости грозила всем обитателям троп, правда, наступала эта старость примерно после тысячи лет, а вот умереть в мире людей было куда проще. В теории и на Тропах можно было погибнуть, но таких случаев не помнили даже старожилы.

Человеческий мир встретил меня сыростью и холодом осени. Туман клубился в парке, обвивая деревья и редкие фонари. По дорожке шел одинокий алкаш, пошатываясь из стороны в сторону, и вонял перегаром на весь парк. Я затаился в кустах, пропуская его. Здесь уже был закат, и мне хотелось дождаться темноты.

Сзади зашуршало, и я, оглянувшись, увидел Миа. Она вышла из портала и радостно кинулась мне на шею.

– Ты что тут делаешь? – удивился я, чувствуя тепло ее хрупкого тела сквозь тонкое платье.

– За тобой пошла! – улыбнулась она. – Погуляем?

Я ошарашенно кивнул. Не думал, что она пойдет со мной и тем более в мир людей. Раньше вытащить ее на свидание было просто нереально, приходилось днями уламывать.

Мы вышли из зарослей и под ручку зашагали по дорожке. Рядом с порталами знак на груди мягко пульсировал, а в голове возникали образы кланов Тропы. Удобное свойство. Вскоре парк кончился, и мы прошли по тихим улицам городка. Я шел, не думая, мне было хорошо с ней, а Миа вела меня куда-то, легко и беззаботно.

– Ты любишь меня?

– Да, – ошалело ответил я, уставившись на нее. Что это случилось с неприступной девушкой?

– Ты примешь меня любую? – снова спросила она, и ее глаза подернулись тревогой и печалью.

– Конечно! – ответил я, всё еще не понимая, к чему она ведет.

– Тогда иди за мной и не сомневайся ни в чем.

– Я верю, – ответил я. Не знаю, что происходило, но биение моего сердца участилось. – За тобой я пойду до конца.

Миа подняла на меня глаза, и в их глубине что-то хищно блеснуло:

– Тогда идем, – она взяла меня за руку и потащила вглубь промзоны. Я шел следом, плохо понимая, чего она хочет, но за нее я был готов убивать.