Космическое лето

 – Если ты хочешь стать учителем, я буду тебе помогать. И поговорю с родителями. Они убедят твоего отца.

Я не стал её расстраивать, хотя сердце мне подсказывало, что так просто папаша не сдастся.

***

Стип Брэндон, увидев нас с Линой, разинул рот и выпучил глаза. Понятное дело – он и меня-то одного не ожидал увидеть в школе. А уж вдвоём с Линой – и тем более. Краем глаза я заметил, как он отозвал в сторону Маколея и принялся ему что-то втолковывать. Маколей отчаянно мотал чернявой головой. Стип, видно, рассердился.

Схватил Маколея за шиворот, и давай трясти. У того даже позвонки друг о друга застучали – я сам слышал.

Мне это сразу не понравилось – больно уж злобно Стип на меня косился. Я подошёл к ним.

– Отстань от парнишки, Стип!

Рыжий нехотя отпустил Маколея. Тот сразу нырнул в класс. Стип набычился:

– Иди, куда шёл, Ал! Не лезь не в своё дело.

Но сегодня испортить мне настроение было не так-то просто.

– Извини, что стащил у тебя книгу, Стип. Сам понимаешь – не было у меня другого выхода.

Сильно тебе влетело?

Видно, Стип не привык, чтобы перед ним извинялись. Он только буркнул:

– Не твоё дело!

И отвернулся.

Меня и Лину, как самых рослых, посадили на заднюю парту. Первым уроком снова было чтение. Я так понял, это для того, чтобы мы не измазали чернильными пальцами книги. И тут Интен снова учудил.

– Ал, – сказал он, – возьми книгу и выйди ко мне. Читай на восьмой странице. Внимание! Все хором повторяем за Алом.

«Страшно остаться без мечты.

У кого нет мечты – тот не видит дальше своего носа. Он живёт сегодняшней выгодой, не думая о завтрашнем счастье. Если бы не мечта – наши предки никогда не долетели бы до Местрии».

Читал я уверенно, хоть и медленно. Сбился только на слове «сегодняшней», но Интен меня поправил. Все повторяли за мной – и Лина, и Маколей. Только Стип, сидевший впереди Лины, шевелил губами, но не издавал ни звука.

А по оконным стёклам мерно стучал дождь.

Потом мы писали палочки. Я хоть и пробовал раньше, да, видать, изрядно подзабыл, как это делается.

Палочки у меня упорно выходили разной длины и валились то вправо, то влево. Да ещё на стол умудрился капнуть чернилами, пришлось оттирать его рукавом.

А вот у Лины палочки получались ровные, тоненькие и аккуратные. Как будто она всю жизнь их рисовала. И как ей это удаётся? Интен подошёл и похвалил её, а на мои художества только головой покачал.

К перемене дождь закончился. Ветер постепенно разгонял тучи.