Егерь-3: Назад в СССР

Тут Серёжка увидел, что в дверь из-за моей спины проскочила Олька, и в страхе уставился на неё.

Все эмоции так явно читались на лице брата, что я чуть не расхохотался.

Олька, не обращая никакого внимания на Серёжку, прошла в свою комнату и закрыла дверь. Я услышал, как грохнул о стол её ранец.

Серёжка перевёл взгляд на меня.

– Ничего, – ободряюще улыбнулся я. – Ты – растущий организм, тебе надо хорошо питаться. А я пожарю яичницу.

С этими словами я разулся и пошёл на кухню. Серёжка хвостиком шёл за мной.

Дверь в спальню родителей была плотно заперта. Я прислушался – оттуда не доносилось ни звука.

– Отец с мамой на работе? – как бы между прочим спросил я у брата.

– Ага, – кивнул он.

Я зажёг газ, поставил на него сковороду и полез в холодильник.

– Ого! Целых семь яиц! Ну, парочку-то я точно съем! Серёжка, ты хочешь яичницы?

– Я? Нет!

Серёжка растерянно крутил головой.

– Иди, спроси сестру. Она, наверное, голодная.

– Да их в школе обедом кормят! – возразил Серёжка. – Андрюха, а ты надолго?

Я пожал плечами.

– Не знаю. Хотел заскочить на минутку, перекусить и ехать к себе. А теперь вот думаю маму дождаться. Она когда придёт? Через час?

На лице Серёжки промелькнуло выражение ужаса.

– Да мама сегодня поздно придёт! Она говорила, что у них там какое-то собрание.

– Понятно, – ответил я, разбивая яйца на сковороду. – Жаль. А ты чего стоишь? Садись.

Яйца зашипели в раскалённом масле.

Серёжка закрутил головой.

– А Олька тебе… Андрюха, я сейчас! И правда, спрошу Ольку – вдруг она голодная!

Он быстро выскочил из кухни.

Я подождал, пока яйца схватятся, посолил их и быстро перевернул деревянной лопаткой. Потом выключил газ. На горячей сковороде яичница дойдёт и так.

Осторожно ступая в носках по половицам, подкрался к двери Олькиной комнаты. Оттуда доносились голоса.

– Конечно, скажу! – звонко произнесла Олька. – А ты как думал?

– Да тише ты! – шипел Серёжка. – Она попозже уедет. Не говори! Я тебе свой пенал отдам!

– И фломастеры! – дерзко заявила маленькая вымогательница.

– Ишь, чего захотела! – возмутился Серёжка.

– И отдашь! Или прямо сейчас всё расскажу!

– Ладно, ладно! Только ты молчи! Как Андрюха уедет – я сразу её выпущу, и она уйдёт!

Я осторожно вернулся на кухню. Переложил яичницу в тарелку и отрезал кусок хлеба от буханки, которая лежала в деревянной хлебнице.

Через минуту вернулся огорчённый Серёжка.

– Олька есть не хочет, – сказал он. – Села уроки делать.