Ясновидение и никакого мошенничества

Когда двое скрылись у себя в квартире, мы с блондином переглянулись. Он спешно открыл входную дверь, пропуская меня вперед.

С последнего посещения зал стал выглядеть уютнее. Никаких больше простыней и пыли. Вычурный обжитый интерьер.

– Богачи странные, – выдала я, как только мы с Эйдом остались наедине.

– И не говори, – нервно поправив светлые волосы, бросил парень, – не представляю как с ними контакт наладить. Видела, как Патрисия прятала украшения? Мы что так похожи на бедняков?

Его живот проурчал.

Парень дернул за цепочку торшера. Теплый свет разлился в зале, осветив лишь маленький участок. Блондин устало упал на мягкое сиденье. Я улыбалась, глядя на него. Не выдержав хитрого взгляда, Эйд сел и весело сказал:

– Говори уже.

Это была не информация, как он подумал. Я достала из сумки герметично запечатанную коробочку лапши и одноразовые палочки в бумажной упаковке.

– Ты моя спасительница! – принимая еду, воскликнул блондин.

По тому с каким наслаждением блондин запихивал в себя лапшу, он не ел целый день.

Пока Эйд в хорошем расположении духа, я уверенно протянула:

– Раз мне сегодня тут ночевать, то я буду спать на кровати.

– Не хочу тебя огорчать, но если бы кровать была одна, то на ней бы спал я, – сказал жующий лапшу, – но, к твоему счастью, спальни здесь две.

Бровь удивленно приподнялась. Палочками парень указал на черный проем, где не горел свет.

– Прямо по коридору дверь в ванную, потом главная спальня, за ней гардеробная, а дальше детская.

– Я думала там кабинет, – вырвалось у меня.

– Ты чем слушала?! Риелтор сказала, можно переделать в кабинет, – пояснил блондин.

При первом посещении я от восторженного шока не отлипала от созерцания видов ночного города сквозь панорамное окно. Было не до количества спален.

– Почему я сплю в детской? – ворчала недовольно, усевшись на диван.

– Потому что ты маленькая малышка, – дразнил Эйд, щелкнув мне по носу.

Я отмахнулась от мощной руки. Глаза со светлого лица переместились в сторону кухни.

Непривычно большое пространство квартиры показалось неуютным.

– Аура здесь темная, – сообщила я свои наблюдения.

Эйд поперхнулся лапшой и уставился на меня вопросительно:

– Скажи еще, что мне нужно заплатить, чтобы ее почистить.

Я закатила глаза, про ауру было ясно как день. «Неужели Эйд не чувствует атмосферы недавнего убийства?» – находиться в квартире не хотелось. Дискомфортно. Словно нужно время, чтобы помещение проветрилось.