Ясновидение и никакого мошенничества

– Нет, это не она, – перебила я, прекрасно понимая, что он спрашивал, не старшая ли это сестра поддерживает со мной связь, – познакомилась недавно с парнем. Отправила ему фото ног, а он написал «Выглядит нормально».

Эйд звонко рассмеялся. Я вздохнула недовольно:

– Чем насмехаться надо мной, лучше бы дал дельный совет.

– Сколько лет твоему Дон Жуану? – все еще веселясь, спросил блондин.

– Ровесник, – выдала я, не собираясь раскрывать личность нашего рекламщика.

– Хочешь сказать, что восемнадцатилетний парень, ответивший «нормально» на фото твоих ног, заслуживает хоть какого-то совета? – произнес Эйд, покачивая головой неодобрительно.

 – По-хорошему его послать нужно.

– Ты бесполезен, – сообщила я грустно, искоса поглядывая на семью Риччи.

Женщина по-прежнему выглядела не заинтересованной в беседе. Мужчина тяжело вздыхал.

Совет, как охмурить Лучка, действительно не помешал бы. До ухода сестры отношения между ней и Эйдом казались идеальными. Они относились друг к другу уважительно. Постоянно обнимались, хоть и жили уже долгое время вместе.

Еще и не в самых лучших условиях, с прицепом в виде меня. Конфликты между ними возникали только из-за меня. Я совершенно об этом не беспокоилась до побега сестры, а теперь ощущала вину за их с блондином разрыв.

– Ладно, – проворчал фальшивый муж тихо, протягивая ладонь, – покажи фото. Вдруг ты лажу какую-то отправила.

Щеки закололо. Я помотала отрицательно головой. Дамиано Риччи поднялся на ноги, спасая меня от позора. «Прекрасный человек!» Я мгновенно полюбила этого пузатого мужика, жена которого проигнорировала его подставленный локоть.

Она откинула пышные густые волосы за спину и, придерживая подол длинного платья комбинации, направилась на выход из ресторана.

Мы с Эйдом прошли за ними в холл, где нас встретила прохлада и свежесть. Пришлось ускорить шаг, чтобы попасть в лифт вместе с соседями по лестничной клетке. Если их так можно назвать. Лестницы-то на площадке нет, только два лифта.

Обдумать, не является ли это нарушением безопасности, я не успела.

Блондин втащил меня внутрь в последнюю секунду. Серебристые двери за спиной плавно закрылись. Тихое жужжание подъемного механизма сопровождалось ненавязчивой музыкой.

– Простите, – извинился блондин, нарочно врезавшийся в Дамиано.

Мужчина быстро заговорил с сильным итальянским акцентом:

– Вы не ушиблись?

– Нет, простите еще раз, слишком торопился. Дурная привычка. – Эйд живо разворачивал разговор в нужное русло.