Бывший нынешний муж

Оскар повернулся ко мне:

– Золото мое, выгляни в окно.

Я послушно отодвинула тяжелую штору. Мирная улица не представляла ничего интересного. В окнах соседей горел свет. Красивые высокие дома за кованными заборами. Идеальная картинка. Раньше я не позволяла себе мечтать о жизни в подобном районе, а сейчас только и хотела оказаться подальше.

Очевидно, муж попросил выглянуть в окно не для того, чтобы я полюбовалась архитектурой приличного района. От волнения соображать нормально не получалось. С мужем часто не удавалось угадать, что его выведет из себя.

Но я решила попытаться. Во дворе дома стояло два автомобиля. Я закрыла штору обратно и уставилась на дожидающегося непонятно чего Оскара.

– Машина, на которой мы приехали, мешает тебе? Нужно было загнать ее в гараж?

Я была уверена, что ошиблась. Но в голову ничего другого не пришло. Оскар злобно усмехнулся. Темная жидкость из граненого стакана перелилась в мужа. Стекло звонко приземлилось на столешницу из красного дерева.

– И часто вы вдвоем до ночи гуляете в мое отсутствие? – спросил грубо Оскар у охранника.

Михаил сохранял неприсущую ему во время бесед со мной вежливость:

– Мистер Стоун, если нужно добавить этот пункт в список ограничений, я это непременно сделаю.

От напряжения я прикрыла глаза. Охранник ответом указал Оскару на недоработки. Муж такое не любит, но вступаться за Михаила я не собиралась. Это бы разозлило Оскара еще сильнее.

– Сними рубашку, – приказал муж надзирателю.

В этот раз тот не сдержал удивления.

Седые брови приподнялись, но Михаил расстегнул пиджак, повесил его на руку, затем снял кобуру. Краем глаза я видела, как пистолет накрыла белоснежная рубашка. Оскар постукивал пальцем по пустому стакану, дожидаясь пока нанятый им человек, выполнит приказ.

Муж поднялся. Я наблюдала за тем, как он обходит Михаила, внимательно рассматривая татуированный торс. «Жуткий тип», – испуганно летело в моей голове при виде церкви на спине и креста на груди. Оскар вроде не заметил, как я пялюсь на охранника, потому что никак этого не прокомментировал.

Муж остановился спиной ко мне, загородив Михаила.

– Повторю, Эл невероятно обаятельная, но если ты ей поддашься, то умрешь.

– Начальник, я помню, – заверил спокойно надзиратель, словно ему прилюдные оголения и осмотры не наносили никакого дискомфорта.

Оскар кивнул:

– Оставь нас, с утра переговорим.

Михаил молча удалился. Одеваться, видимо, решил у себя. Входная дверь хлопнула.