Бывший нынешний муж

Откуда-то издалека до нас долетали ругательства хозяина квартиры.

– Интересненько, однако, – вырвалось у тюремщика, наконец ослабившего хватку.

– Это все завтрак, – оправдывалась я испуганно.

– Вы не успели поесть с утра, – напомнил Михаил не моргая.

– Черти! Вы оборзели?! – Шатающийся Нед завопил: – А ну, вон из моего дома!

Михаил повернул голову на источник звука:

– Еще слово в сторону миссис Стоун и ты умрешь.

От волнения я задрожала. В надежде, что никто не примет скорую смерть, я попросила охранника уйти.

В тумане я оказалась в коридоре. Михаил постучался в хилую дверь. Он о чем-то говорил с мистером Айзеком. Я вновь сидела на диване, глядя на ткань, под которой прятали клетки с птицами. По залу крутился сгорбленный старик. Он поставил на столик чай. Тот дымился на пару с моим мозгом. «Хоть бы не беременна», – крутилось нервно в голове.

– Что это было? – спросил появившийся в зале Михаил. Он держал в руке мокрый пиджак, на который меня стошнило.

Я помотала отрицательно головой. Вранье. Но ощущение, что от голода. Хотя и от нервов тоже. «Хоть бы не беременна», – опять пронеслось в сознании.

– Будем звонить Оскару или честно обсудим произошедшее? – Михаил выгнул седую бровь.

Я сглотнула подступивший к горлу ком. Еще с охранником, посланным мужем, я не делилась страхами о появлении детей от нелюбимого мужчины.

– Что случилось-то? – спросил старик, к которому мы ворвались уже второй раз за день.

– Ничего, пока что, – сказал Михаил.

– Простите за беспокойство, – извинялась я перед стариком. – Мы дальше пойдем искать Царапку.

Я поднялась и направилась к выходу. «Наверное, нужно просто поесть», – решила я чувствуя, как за локоть схватили. Михаил зачем-то придерживал меня, пока мы направлялись на улицу.

– Я могу передвигаться самостоятельно, – бурчала я, дергая рукой и продолжая двигаться вперед.

Мы замерли на лестничном пролете.

– Повторяю вопрос, мы звоним Оскару или поговорим честно? – требовал Михаил.

– Не понимаю о чем вы, – соврала я.

– Если вы в положении, то я должен об этом знать, – заявил охранник. – Это перечеркивает список дозволенных вам дел. Необходимо поставить вашего мужа в известность. И в случае чего требуется пересмотр моего контракта.

– Не работаешь с беременными, потому что их нельзя бить? – съязвила я.

– И поэтому тоже.