Рыжий рыцарь, золотой менестрель

 – Вам лучше?

– Не говори глупостей, – огрызнулся, а на наморщенном лбу отчётливо проступили мысли, какой же я всё-таки дурак.

– Да знаю, – сварливо буркнула, откладывая лютню, – благоразумие никогда не было моей основной чертой. Одно то, что я попёрся в огонь вас вытаскивать, несомненно, говорит о моей глупости. Но на вашем месте я был бы хоть чуточку благодарней.

– Вот, когда будешь на моём месте, тогда и будешь рассуждать, хотя я бы не пожелал тебе такого счастья.

– И на том спасибо. Как мне вам помочь?

– Парень, внемли мольбам остатков своего здравого рассудка и уезжай отсюда.

– Ну нет, не хочу брать на свою душу такой грех, как ваша смерть. Совесть у меня ещё теплится.

– Неужели? Никогда бы не подумал.

– Раз вы можете язвить, значит, выживете, несмотря ни на что.

Он фыркнул и, видимо, мысленно обозвав меня «дважды дураком», вновь потерял сознание. Я не волшебница, но у этого человека все его мысли были написаны вот такими буквами прямо на лбу, да к тому же с ошибками…

Как по небу облака.

По земле течёт река,

Ветер вольный шелестит травою.

Так по лесу мы идём,

Веткам руки подаём

И не страшно встретиться с рекою.

Нежные девичьи голоса разносились по всему лесу. Кто-то пел ближе, кто-то отзывался дальше, но они переплетались так ловко и умело, что простая деревенская песня звучала завораживающе. Это было красиво: шелест ветра в кронах деревьев, еле слышное журчание ручья, разноголосые трели лесных птиц и тихая песенка, сверкающая переливами и богатая на переплетения различных тональностей.

Дядя леший, защити,

Путь-дорогу подскажи,

И не дай нам забрести далёко.

Надо нам домой придти,

Да беду не привести.

Солнце светит над землёй высоко.

Голоса смолкли почти сразу, и девушки, затаившись словно мышки, молча внимали мне, не спеша подпевать, но, впрочем, не торопясь и убегать.

– Кто ты будешь, о неизвестный странник? Столь сладко поющий и не брезгующий нашими простыми песнями, – робкий девичий голос разорвал нависшую тишину и вывел меня из непродолжительного замешательства.

– Я – менестрель, добрая девушка. А песню вашу знаю с детских лет. Но прости мне любопытство моё, хочу я спросить: не знаком ли вам человек, которого я только что вытащил из огня?

– Человек? Из огня? – по лесу пронёсся еле слышный шепоток.